– Жаль, мы не можем остаться в этой комнате. В ней я чувствую себя… в безопасности. Но мне не нравится вот это. – Абра кивнула на высокие застекленные двери. – Они здесь не к месту. – Она посмотрела на Дэна почти с упреком. – Их ведь не было здесь на самом деле? Когда ты был ребенком?

– Нет. В моей комнате окон не было вообще, а дверь вела в квартиру смотрителя. Я кое-что изменил. Мне пришлось. Ты знаешь почему?

Она посмотрела на него очень серьезно.

– Потому что тогда было тогда, а сейчас есть сейчас. Прошлое ушло, пусть оно и определяет настоящее.

– Я сам не смог бы сказать лучше, – ответил он с улыбкой.

– Тебе и не нужно было. Ты об этом подумал."

"Он подвел ее к двери, которой никогда не существовало. Сквозь стекло они видели лужайку, теннисные корты, «Оверлук-холл» и «Крышу мира».

– Я вижу ее, – выдохнула Абра. – Она там, наверху, но не смотрит в нашу сторону.

– И прекрасно, – сказал Дэн. – Милая, тебя мучает боль?

– Да, – ответила она, – но мне все равно. Потому что…

Ей не пришлось заканчивать фразу. Он все понял, и Абра улыбнулась. Это единение, возникшее между ними, было замечательным. Пусть оно и сопровождалось болью – самых разных видов, – это было чудесно.

– Дэн?

– Да, солнышко.

– Там призрачные люди. Я их не вижу, но чувствую. А ты?

– Я тоже.

Он чувствовал их многие годы. Потому что прошлое определяет настоящее. Дэн обнял Абру за плечи, а ее рука обвилась вокруг его пояса.

– Что нам делать теперь?

– Ждать Билли. Надеюсь, он не задержится. А потом все должно произойти очень быстро.

– Дядя Дэн?

– Слушаю тебя, Абра.

– Что у тебя внутри? Это не призрак. Это больше похоже… – Он почувствовал ее дрожь. – Больше похоже на монстра.

Он ничего не сказал.

Она выпрямилась во весь рост и отстранилась от него.

– Смотри! Вот там!

Старый «форд» заезжал на стоянку для гостей кемпинга.

8Роуз стояла, упершись руками в располагавшееся на уровне пояса ограждение платформы, и всматривалась в заезжавший на парковку пикап. Пар обострил ее зрение, но теперь она все равно жалела, что не захватила с собой бинокль. Наверняка они валялись где-то в кладовке, для гостей, желавших понаблюдать за птицами. Так почему же она не взяла один из них?

Потому что тебе приходилось думать о многих других вещах. Болезнь… Крысы, бегущие с корабля… Гибель Ворона от рук этой маленькой стервы…

Да, это верно – тысячу раз верно, – однако ей все равно следовало вспомнить о бинокле. На мгновение она задумалась, не могла ли забыть о чем-то другом, не менее важном, но сразу отбросила эту мысль. Она по-прежнему оставалась хозяйкой положения, полной пара. Охотница, готовая накинуться на свою жертву. События развивались в точности по плану.