Тишина становится напряженной. В тяжелом взгляде появляются искры, которые мне совсем не нравятся.

— Зачем тебе спутниковый телефон? — спрашиваю, чтобы переключить его внимание.

— Сеть везде ловит.

— И все?

— Его практически невозможно прослушать.

Рассеянно киваю, сцепляю пальцы в замок. Больше ничего не ум не приходит. Не представляю, когда за нами приедет Каримов, могу только…

— Дыши, — вдруг заявляет Дикий.

— Что? — выпаливаю сдавленно.

— Видела бы ты свое лицо.

Недоуменно приподнимаю брови.

— И глаза, блядь, — кривится он.

— Опять ты…

— Скажи мне, Катя, — подается вперед и нависает надо мной так резко, что приходится рефлекторно отшатнуться и вжаться спиной в дверцу.

 — Думаешь, я хочу тебя силой выебать?

Отрывистый вопрос заставляет вздрогнуть.

Смотрю на него. Просто не могу отвести глаза. Наверное, глупо, но возникает чувство, что пока наши взгляды скрещены, ничего плохого не произойдет, создается иллюзия безопасности.

Он заносит руку надо мной. Будто хочет схватить за горло. А потом ладонь зависает в воздухе и сжимается в кулак, так и не касаясь меня.

— Похуй, чего я хочу, — хрипло произносит Дикий и оскаливается: — Ни черта не будет.

Ты когда на меня смотришь, как на цепи держишь. Хер дернешься.

Его губы почти касаются моих. Снова. И ускользнуть некуда. Пусть физически он не дотрагивается, от этого не легче. Само положение давит и оголяет нервы.

Упираюсь ладонями в его грудь. Хотя бы так стараюсь оттолкнуть, но когда Дикий выразительно смотрит на мои руки, понимаю, что совершила ошибку.

Тронула его первой. А значит, теперь он может сделать свой шаг.

— Тебе же поцелуй понравился, — замечает с ухмылкой.

— Нет, — бормочу лихорадочно, отдергиваю ладони от него, пробую отползти в сторону, но пространство ограничено.

— Понравился, — сощуривает глаза, перехватывает мои запястья, возвращает руки к себе на грудь, накрывая собственными ладонями. — И остальное тоже понравится.

— Не надо, — бросаю, нервно качнув головой. — Пусти.

— Дам тебе время, — заключает он, опираясь в дверцу по обе стороны от моих плеч.

— Ничего не поменяется.

— Проверим.

— Ты мои слова никогда не слышишь.

— Слова — нет.

Он переводит взгляд вниз, и я тоже следую за ним.

Только теперь замечаю, что его пальцы больше не держат мои, а руки я до сих пор не убрала от груди. Просто не успела.

Моментально отстраняюсь.

Дикий ухмыляется еще шире. А потом вдруг поворачивает голову в сторону и мрачнеет, увидев что-то.

— Блядь, — выдает хмуро.

— Что там? — тоже вглядываюсь в заднее стекло, пытаясь различить хоть какие-то контуры за потоками дождя. — Что случилось?

— Рамиль.

Вспыхивают фары, и мне удается разглядеть другую машину, которая останавливается позади нашей.