Жди лучше Страшного Суда.

На котором за все твои грехи спросят, козел.

Обманутой себя чувствую.

С тоской глянула в окно на серый рассвет.

Отвыкнуть уже успела, что здесь даже в коридоре нет внешней стены, только стекло, за которым голые деревья, идеальный участок, стоянка.

И если в пятницу мне казалось, что я в каком-то другом сказочном мире, то сейчас знаю точно – это обитель дьявола.

Роза толкнула дверь и напоследок сказала:

- Утром принесу новую форму. И только попробуй еще что-нибудь вытворить, поняла?

Молча зашла в комнату.

Вещи мне не вернули. Оставили даже без зубной щетки.

Белья нет на смену, носки тоже отобрали…

Горничные дрыхнут. Рыжая звезда Лера храпит.

Плюхнулась на свою кровать и стянула сапожки, накрылась покрывалом и закрыла глаза.

Всё, это всё.

Сегодня воскресенье.

И если папа до пятницы не объявится, то меня продадут кому-нибудь из этих гадких гостей, а горничные поставят в спальне графин с водой и на тумбочку положат две коробочки с презервативами.

Передернулась.

Пождала под себя ноги.

А папа не объявится.

Потому что он понятия не имеет, где я.

Спасать меня некому.

Святые котики.

Всхлипнула.

Потом еще раз.

Не выдержала.

И разревелась, как маленькая, громко, будто с велика упала и коленки разибла, уткнулась носом в подушку.

- Бл*ть, - прервал мой концерт сонный и сердитый голос Леры. – Какого хрена?

Подняла голову.

Горничная уселась в постели и потерла глаза. В неярком утреннем свете различила меня на кровати. И поразилась.

- Не поняла. Ты тут чего делаешь?

- Реву, не видно? - откинула покрывало и поднялась.

Я редко плакала. За всю жизнь несколько раз. И в основном в детстве. А так папа всегда был ко мне внимателен. Замечал, если я расстроена.

Разговаривал со мной. Объяснял. И у меня поводов не было долго обижаться на что-то. Но тут…

- Я спрашиваю, ты почему здесь? – Лера тоже встала. Проследила, как я натягиваю сапожки. – Только не говори, что тебя взяли обратно.

- Представь.

- Ты гонишь.

Хмыкнула.

Какая же она странная. Трясется за работу в доме этих мерзавцев, ревнует, что я у нее доход отожму.

- Стой, мы не договорили, - Лера пересекла комнату.

- Поговори с невидимым другом, - юркнула в коридор и закрыла дверь. Потянула на себя ручку, когда та дернулась, не давая Лере выйти за мной.

"

"- Ты совсем больная? Дверь открой! – крикнула она по ту сторону.

Для надежности уперлась ногой в стену.

Боже. Хочется сделать что-нибудь такое, чтобы все они от меня отстали. Поняли, что соваться себе дороже.

Проснулась Алена – до меня долетел ее голос. Лера перестала долбиться, испугавшись, что перебудит весь дом.

Горничные притихли, зашептались.

Я постояла еще.

И осторожно двинулась по коридору. Дошла до кухни и огляделась.

Пусто, нет даже поварихи. Раковина блестит, столы тоже. У меня в животе урчит.

Что ж.