Любовь к жене сделала его полным идиотом! Если бы Родион совершенно точно не знал, что именно он добивался Лили, а не она его, то мог бы подумать суеверно, а не опоила ли она его каким-нибудь зельем. Деревенский парень, Родион хорошо знал, какой силой могут обладать старые знахарки, какие зелья могут варить, и плевать им, что их тайная власть – всего лишь пережитки прошлого и сущий опиум для народа!

Вот именно что опиум… Дурман!

Любовь к Лиле была для Родиона таким дурманом, и, чтобы развеять его, он был готов на все. Хватит чувствовать себя виноватым! Теперь Лиля была виновата перед ним, а значит, он свободен и может делать все, что захочет!

Однако как последовать совету Левичева? В его-то положении? Не познакомишься же на танцах с кем попало и не приведешь к себе?.. Надо ждать счастливого случая.

Что характерно, случай не замедлил представиться довольно скоро.

Родион был отправлен на комсомольский пленум в областной центр. К столикам регистрации стояли очереди, к одной из которых и пристроился Родион.

Вообще-то можно было протиснуться и без очереди, все же он первый секретарь горкома, а не какой-нибудь инструктор… Родион только решился это сделать, как вдруг работавшая со списками девушка, бросив на него беглый взгляд, оживилась и крикнула:

– Родион Петрович, проходите сюда!"

"Его пропустили, озираясь, здороваясь… Родион чувствовал себя не слишком удобно, но все же был польщен вниманием, с которым смотрела на него девушка. Перед ней на столике стояла табличка: «Наташа».

Хорошенькая блондинка, на щеке такая же родинка, как у Лили.

Играя глазами, она вручила ему карточку для поселения в гостиницу, стандартный набор участника пленума: папку для бумаг, ручку.

Родион сдержанно поблагодарил, отошел. Через несколько шагов почему-то оглянулся: Наташа мечтательно смотрела ему вслед.

Родион усмехнулся. Девушек такого рода он знал, повидал их немало. Они были сотрудницами орготделов, попросту говоря – секретаршами и делопроизводительницами. Как правило, они были не обременены избытком нравственности, несмотря на то, что работали в комитетах комсомола. Между собой мужчины насмешливо называли их комсомольскими давалками: для того, чтобы продвинуться по карьерной лестнице или подцепить в мужья перспективного инструктора, начальника отдела, а то и секретаря, эти особы готовы были прыгнуть в постель к кому угодно.

И прыгали.

Раньше Родион брезгливо сторонился таких девиц, но сейчас… Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними!

Первое заседание затянулось, и в свой номер Родион попал только под вечер. Знакомые, как водится, звали выпить, отметить день свободы от жен и детей, однако он отказался, сославшись на усталость, и довольно бесцеремонно захлопнул перед ними дверь.

Однако вскоре снова постучали.