Но как рассказать о множестве коротких и длинных встреч? О стихах и бабочках, о прогулках под дождем, о том, как Герман для нее разыгрывал смешные сценки в парковой ракушке, перед пустыми скамьями для зрителей? Как рассказать про портрет Лили, который он сам нарисовал и повесил в своей комнатушке, рядом со своими портретами? Как рассказать про поездку в Ленинград, куда он внезапно взял билеты, стоило только Лиле упомянуть, что она там никогда не была? Утром приехали, вечером уехали, ночь провели в разных купе, потому что билетов в одном не удалось достать… Как рассказать про взгляды, взгляды, взгляды, робкие прикосновения, замирание сердца?.

. Они еще даже не целовались ни разу – как рассказать про это? А главное – про предложения Германа пойти сразу с ленинградского поезда к нему домой и там остаться на ночь?.. Как рассказать, что она отказала – и немедленно пожалела об этом, но все-таки ушла?.. Как рассказать о его горестных ночных звонках и стихах, которые он читал по телефону – и от которых она пьянела, как от вина? О его признаниях: он умирает, не может жить без нее?

Родион говорил ей почти то же самое.

Но Родиона Лиля не хотела слышать. А Германа готова была слушать вновь и вновь! И вновь и вновь смотреть в его глаза и улыбаться, когда он называет ее ангелом.

И внезапно Лиля поняла природу своего чувства. Болело сердце, когда она слушала горькие исповеди Германа: «Я ничтожный, нелюбимый, всеми брошенный актер провинциального театра. И хотя в России лучшие актеры всегда были из провинции, я тут погибну. Умру!»

Все эти годы она жалела только себя. Впервые стало жаль другого!

Все эти годы она слышала только упреки от Родиона в том, что не любит его, что сделала его несчастным.

И вот вдруг услышала слова благодарности и восторга, что вернула счастье в жизнь другого человека. Это был призыв к ее великодушию, а та красота, в которую Герман облекал свои чувства, воззвала к романтике, которую жизнь слишком рано подавила в душе Лили сначала обманом Сергея, потом – обманом Родиона и его насилием. Чужие стихи, произнесенные Германом, звучали так искренне, словно это были его собственные признания:

Я вас люблю… Что делать – виноват!Я все еще так глупо сердцем молод,Что каждый ваш случайный беглый взглядМеня порой кидает в жар и холод.

И в этом вы должны меня простить,Тем более что запретить любитьНе может власть на свете никакая![17]Все, кого Лиля любила, предавали ее! И Германа предавали тоже те, кого он любил. Значит, она должна помочь ему – и этим помочь себе. Никто не может помешать им быть счастливыми!

Так что на празднике, воодушевленная своими выводами, Лиля холодно поздравила отца и вскоре ушла к себе, сославшись на головную боль. Этой же ночью она поехала к Герману и осталась у него.