Господи, такой странный человек, который хуже тургеневской барышни: сегодня могу, завтра не могу и встретиться с ним было достаточно проблематично.

Когда я приехал в его офис, поднялся на этаж, то ещё проторчал какое-то время в ожидании, и только потом меня пригласили.

— Добрый день, Павел Анатольевич. Если я не ошибаюсь, — я протянул руку. Градов ответил на рукопожатие.

— Адам Фёдорович. Наслышан.

— Но ещё, подозреваю, не только наслышаны, но и осведомлены количеством имущества, которое у меня есть, — усмехнувшись, присел я напротив Градова.

— Однозначно, но вы зря приехали.

Я вскинул бровь. Градов был каким-то странным чуваком, какой-то весь нахохленный, и было чувство как будто он холеру перенёс, кожа тускло-серая, взгляд недовольный, пробирающий до костей, но мне было не впервой общаться с такими людьми, в конце концов, где наша не пропадала, наша не пропадала везде.

— А вы не первый и не последний раскаявшийся муж, который решает приехать ко мне и попытаться договориться с миром.

А я развёл руки в разные стороны.

— Я не пытаюсь с вами договориться. Вот в чем вся ситуация, Павел Анатольевич. Я приехал обсудить, как нам лучше построить процесс раздела имущества по той простой причине, что если вы отец, вы должны меня понимать.

Одна часть уйдёт моей жене, которую она быстро передаст сыновьям, только сейчас я сижу и понимаю, что этих двух оленей допускать до бизнеса нельзя, я готов пересмотреть стоимость моего бизнеса относительно недвижки. Предположим, возможно, счетов, да, скорее всего, именно так. Пусть я отдам то, что можно заработать, но не надо распоряжаться тем, на чем можно сделать эти деньги.

Градов нахмурился.

— Нет, я вас не понимаю, хоть я тоже отец, но…

— Вероятнее всего, у вас дети немножко другие.

— Да, у меня дочери.

— Вот видите, какая прелесть. Какое чудесное комбо у вас дочери, а у меня два оленя. И поэтому я приехал поговорить и обсудить эту возможность. Мне для жены ничего не жалко. Я изначально не хотел делить имущество только по этой причине, но если уж Устинье так надо для спокойствия, чтобы половина досталась ей — отлично, но пусть эта половина не будет касаться бизнеса. Я своих детей люблю и прекрасно понимаю, что до смерти я руководить компаниями не буду, но когда-то и они повзрослеют.

Я очень на это надеюсь. Когда-то они смогут занять управляющие позиции в семейном бизнесе, но на данный момент это два оленя."

"— Я не знаю, что вы собираетесь пересматривать и как восполнять недостаток недвижимостью и счетами, потому что ваш бизнес очень обширен.

Я кивнул.

Я прекрасно знал, что надо будет постараться восполнить в любом случае.

— Если бы у меня были гарантии того, что моя супруга при разделе бизнеса назначит меня управляющим, я бы даже не переживал.