Просто скажите, что мы ещё можем сделать?"

"— Адам Фёдорович, как бы я не хотел сказать действительно что-то хорошее для вас, я не могу. Мы можем развести эту мышиную возню, но я не верю в хороший исход. Она должна была прийти в себя после операции. Мы поставили стенд, но она не приходила в себя. И это говорит одно то, что она сейчас просто повисла на перепутье: ни туда, ни сюда.

Впервые за все это дурацкое время хотелось вены вскрыть. Мне казалось, что мать на себя взяла весь огонь, мать отдала себя, чтобы у неё внуки родились, правнуки.

Это было дерьмово.

Но ещё дерьмовее осознание, что грешникам, прелюбодеям никогда возмездие не приходит прямо, оно всегда бьёт по касательной.

Заставляет мучиться, загибаться от боли за что-то дорогое и бесценное.

Назар связался с Израилем. Они обещали дать полное заключение, меня трясло при мысли, что у моего сына ребёнок может не выкарабкаться. Хороший же брак. Софка глупая в силу возраста. Ну хорошая же. И поддерживала Назара во всем. На Устинью немного похоже даже. Только Устинья никогда поспешных решений не принимала, она всегда вынашивала идеи и мысли, доводила их до абсолюта.

И уже потом выносила на всеобщее обозрение.

Софа, видимо, ввиду молодости не могла способна на такую аналитику.

Доехав до дома, я с трудом заставил себя переключиться. Вытащил документы с работы, все, что мне скидывал на данный момент гендир. Паскудно было. И дерьмовее всего, что вот такая ситуация возникла, а я ни на кого не мог положиться. Значит, все я делал неправильно, все в моей жизни шло через жопу.

Телефон завибрировал и я, увидев номер Галины, сморщился.

— Что? — Хрипло спросил я, уже от самого факта разговора приходя в бешенство, что непонятного было в моих словах о том, что она должна решить проблему.

Я не собираюсь никак потакать дурацким капризам и мечтам.

— Я завтра тест днк буду делать, — произнесла она с каким-то сомнением. А меня всего перетряхнуло.

— Слушай сюда, рыжая, тест днк ты должна была делать, пока я добрый был. Теперь меня не трахает чьего ты ребёнка носишь, как ты его носишь. Понимаешь, чтобы не оказаться в разных пластиковых пакетах, меня удовлетворит результат того, что ты будешь лежать после аборта в больничке, и все.

Мне плевать, кого ты там носишь. Моего ребёнка, не моего. Неужели ты настолько тупа, что не понимаешь элементарных вещей? Мне дети от непонятно какой телки, которая даёт в сортире, не нужны. Ты немного заигралась, думая будто бы дядя Адам сопли распустит от самого факта, что от него кто-то залетел, глупо.

— Я… Ты понимаешь, я.

— Я не собираюсь ничего понимать. У тебя время в часиках кончается. Давай договаривайся на аборт.

Глава 62

Адам

Рано утром следующего дня отправился к Градову.