Так себе перспектива, но лечь под него после Ворона ещё хуже…

… Буквально за день до выписки приходит лечащий врач, чтобы поговорить один на один. Небрежно сообщает о незапланированной беременности и предлагает аборт. Срок позволяет. А вот выносить и родить здорового ребёнка почти нет шансов. Организм ослаблен после болезни, да и эмоциональное состояние нестабильно. Сутки на размышление…"

"… Шок, отрицание, неверие, непонимание. Все стадии я прошла очень быстро и почти не задумываясь. Во мне уже жила жизнь. Маленькая частичка любимого мужчины. Чудо? Решение нужно было принимать быстро.

Я не смогла его убить, точнее, я очень хотела, чтобы этот ребёнок родился. Но я была одна простив всего мира. Даже про брата ничего неизвестно. Некому ни поддержать, ни защитить. У меня осталось только два выхода…

Меня резко дёргает вперёд, а затем откидывает назад. Впечатываюсь в спинку, распахиваю глаза и непонимающе осматриваюсь. Всё ещё в машине. Просто пробка началась.

— Давай по обочине.

— Сейчас.

Конвоиры тихо переговариваются между собой, а я зябко ёжусь. С каждой секундой моя решимость тает, как снег под весенним солнцем.

Куда я ввязалась? Кто меня за язык только тянул? Что теперь будет? Ой, дура. Начинает накрывать паникой и мелко потряхивать. С трудом сохраняю спокойствие. А так хочется разрыдаться от беспомощности. Но нет, я не доставлю им такого удовольствия. Никому. Я справлюсь. Как и всегда.

Телефон вибрирует в кармане. Не задумываясь, достаю и смотрю на дисплей. Сын. Я не могу не ответить. Дрожащей рукой сдвигаю зелёную трубку в центр.

— Да, Егор, — тихо говорю я.

— Мам, ты где? — встревоженный голос сына пробивает по нервам.

— С тобой всё в порядке?

Переживает. Надо его как-то успокоить. Надеюсь, Асад не наговорил ему лишнего.

— Да, — отвечаю и краем уха слышу конвоиров.

— Ты чё телефон не забрал?

— Я думал, ты заберёшь.

Машина резко тормозит, и они оба поворачиваются ко мне. Стискиваю зубы и подбираюсь. Вот только попробуйте, и башку откушу.

Глава 13

Ирина

— Дай сюда, — протягивает руку один из них.

Щёлкаю пальцами, призывая заткнуться и качаю головой.

— Всё хорошо, — успокаиваю сына. — Я ненадолго уехала, по работе…

Они смотрят на меня как на сумасшедшую, но больше не пытаются отнять телефон.

Видимо, решили, что лучше не связываться. Тем лучше для них. Сын — это святое.

— Дома отец и кухня в крови, — сообщает он с каким-то мрачным торжеством, а я недовольно вздыхаю. Нельзя злорадствовать, не хорошо это.

— Что с ним? — выразительно смотрю на своих надзирателей.

— Говорит, упал.

Хорошо. Пусть будет так. Не рассказывать же мальчику, что происходит на самом деле. Ни к чему ему вся эта грязь.

— Справитесь без меня?

— Думаю, да.