Я мало что о нем помню, но вот этот момент, когда скользишь по льду на коньках… Дух захватывает.

Водитель отзванивается. Они с Ирой почти на месте. Парни собираются и сваливают. По звонку будут на подхвате весь сегодняшний вечер. А я поправляю на себе короткое пальто, отряхиваю с него остатки снега и, переобувшись, иду встречать машину.

Как только водитель останавливается чуть в стороне от нашего катка, сам открываю Ире дверь и подаю руку, помогая выбраться из салона. Меня тут же окутывает облаком ее духов и теплом сияющих глаз.

— Ты же меня простишь за то, что я совсем немного переиграл твои планы насчет катка? — киваю ей на красиво горящие лампочки вокруг озера.

Она кокетливо кусает губы, поправляя воротник своей куртки.

— Мне так нравится, — искренне выдыхает с облачком пара.

Беру за руку свою женщину. Крепко сжимаю замерзшие пальчики, мягко подтягиваю к себе и осторожно целую искусанные губы.

— Покатаемся? — ворую еще один короткий поцелуй.

— Давай попробуем. И знаешь, это даже хорошо, что здесь только мы. Ты ведь не будешь смеяться над тем, как я буду падать? — улыбается она.

В болотных глазах тоже сияет детство. Счастливое, теплое, беззаботное и розовощекое от мороза. Представляю ее в варежках, закутанную в большой теплый шарф по самый нос и в шапке с помпоном. Уверен, моя Ведьма была очаровательным ребенком.

Устроив ее в одном из плетеных кресел, снимаю сапожки, скользнув ладонью по напряженным икрам. Зашнуровываю коньки и помогаю подняться. В снегу она спокойно стоит, но я все равно быстро переобуваюсь.

Взяв ее за руку, веду за собой. Ира все время смотрит по сторонам. На огоньки, на лес вокруг. А я вынимаю телефон и вывожу музыку на колонку.

— Ой… — выдыхает Ира.

— Что такое? — кладу обе ладони ей на талию.

— Красиво все очень, — трогательно, часто моргает. — И страшненько чуть-чуть, — смеется, боясь сделать шаг на льду.

— Я тебя держу. Всегда.

Взяв ее за обе ладони, так и встаю к ней лицом, от напряжения ощущая каждую мышцу в своем теле. Отталкиваюсь от поверхности и качу Иру по льду. Она визжит и звонко смеется как школьница. Безумно красивая не из-за старательно нанесенного макияжа, а в своих искренних эмоциях, которых хватает на нас двоих. Они как живая вода попадают прямиком на мое сердце, напоминая, что во мне тоже еще есть жизнь, и я хочу прожить каждый ее день с этой женщиной. Просыпаться с ней, завтракать, дышать…

Мы катаемся, пока у Иры не устают ноги.

— Горжусь тобой, — целую ее в кончик замерзшего носа и веду за собой к столику.

Парни подвезли нам термос с горячим чаем и закуски от Дуни. Настоящая домашняя еда у замерзшего озера, окруженного высокими хвойными деревьями. Никогда ничего подобного у меня не было. Да и у Иры тоже. И нам нравится.