Егор подходит ко мне, протягивает раскрытую ладонь. Улыбнувшись, сжимаю и тяну сына к себе. Обнимаю.

— С Днем рождения, пап, — хрипло поздравляет он.

— Иди сюда, — улыбнувшись, зову к нам Дуню. Егору приходится подвинуться, чтобы моих неловких родительских объятий хватило на двоих.

— Спасибо. И не надо ничего. Дом не разнесите и спать ложитесь хотя бы не очень поздно. Вернусь, загляну к вам, как обычно, — обещаю им.

У нас появилась первая семейная традиция. Перед тем как лечь спать, я обязательно захожу к детям, чтобы узнать, как дела, ответить на мальчишеские вопросы Егора, если они появляются, дать ему совет и поддержать скучающую по Ире Дуню.

Выходим во двор. Предупреждаю охрану, чтобы смотрели в оба. Удобно устраиваюсь в тачке друга, закуриваю, приоткрыв окно.

— Так куда мы едем? — спрашиваю, как только он садится за руль.

— Скоро узнаешь.

— Мир, я ж не пацан, чтоб мне сюрпризы устраивать!

— Не рычи. Просто выпьем в одном отличном месте. Считай, у тебя смена обстановки, — он тоже прикуривает.

Дымим, молча глядя на дорогу, застеленную рыхлым снегом и подсвеченную луной. На нее ложатся тени стоящих с обеих сторон деревьев. Видны черные проплешины в местах, где снег полностью растаял. Умиротворяющая картинка живой природы без бетона, пыли и лишнего шума. Прикрыв веки, отстреливаю бычок в оконную щель и поднимаю стекло.

— Паш, — зовет Мир, вывозя нас из поселка на трассу, — а чего там с женой Асада? Уехали они с дочкой?

— Давно уже, — поворачиваю голову к другу. — На четвертый день после той встречи в бункере. У Сабрины там квартира, работа. Тут их на данный момент ничего не держит.

— За Асада не обвиняла?

— Нет. Главное, Ляся не видела ничего. Мы ж ее тогда как страховку брали, не зная, как себя поведет женщина. Все сложилось максимально удачно, так что для девочки отец пропал без вести.

— Расстроилась?

— Ребенок. Конечно, расстроилась, но не убивалась. Папа ведь жил на два дома без особого расписания. Приехал, уехал на месяц - два, снова приехал. А для Сабрины он умер как мужик еще до того, как мы его физически убили. В момент, когда от семьи отказался, когда узнала, что у него еще Ира есть. Я Сабрине на счет денег уронил, чтобы дочка потом поступила в столицу, как она мечтает. Компенсация за потерю кормильца.

Смеемся вместе с Миром. Оба прекрасно понимаем, что Асад никогда бы не потянул высшее образование дочери в столице. У него и раньше то бизнес-хватки не было. Бухая, умудрился растерять даже это, уйдя в жесткий минус.

— Ира знает про них?

— Нет и не надо, — говорю серьезно. — Хватит с нее этого дерьма.

— Как скажешь, — друг пожимает плечами и сосредотачивается на дороге.