Сейчас я активно ищу в команду хорошего спеца по самообороне для работы с женщинами и подростками.

Ира пока не знает, детей очень просил не говорить. Хочу сам рассказать, когда вернется. Достаточная ли эта жертва? Хотя жертвы тут не причём. Это мое желание и взвешенное решение. Ведьма права, я не имею права рисковать ими, но и отказаться от них я тоже не могу. Хватит, набегался по полям. Я хочу свою тихую гавань, семью и дело, которое будет приносить удовлетворение, но не угрожать жизни. Семья — это слишком большая ответственность. Я не имею права на беспечность. Все слишком изменилось. Теперь мне есть для кого жить, и я намерен наверстать упущенное.

Егора привозят ко мне после обеда. В одном зале у нас уже во всю идет работа. С сыном я пока планирую позаниматься сам. Переодеваемся с ним в спортивную форму, разминаемся и отправляемся на пробежку.

На улице небольшой плюс и под ногами снежная каша, усложняющая тренировку. На третьем круге сын начинает сдыхать.

— Подожди, — тяжело дыша, просит он.

— А я тебе говорил, носом дыши, — напоминаю Егору.

Никаких лекций про сигареты не будет, он поймет все сам, когда будут подниматься нагрузки и в сравнении с остальными в группе тренера, которому я позже его отдам, сын начнет сдавать. Он сам себе такого не простит. А мне лекции читать? Я сам всю жизнь курю, так что…

После пробежки, веду его в зал. Будем укреплять мышцы. Надо отдать должное, Егор реально хочет этим заниматься и упрямо прет вперед, хотя любимая челка его подружек уже давно превратилась в сосульки.

— Как чувствуешь себя? — спрашиваю у сына в перерыве между подходами.

С врачом я консультировался лично. Хорошим, опытным. Передал весь анамнез. Он обследовал Егора, пока Ира не видит. Подтвердил, что мальчик здоров и дал мне добро делать из него мужика. Правда, посоветовал начинать постепенно, чтобы не вызывать у организма стресс.

Ох и достанется нам от мамки, но ничего, главное пусть вернется, а остальное уладим.

— Нормально, — надсадно дыша, отзывается Егор.

Делает несколько маленьких глотков воды, и мы возвращаемся к тренировке. После душ, едем за Дуней и все вместе домой. Они перешептываются и хихикают, сидя на заднем, а я устало смотрю в лобовое на сменяющийся пейзаж.

У ворот опять припаркованы знакомые тачки. Не увидев их утром, успел удивиться, но вспомнил, что у виноватых чертей тоже началась учеба. Теперь, видимо, решили дежурить здесь вечерами.

Отправив младших детей в дом, иду к «старшим».

— Смотрю, теперь все в сборе? — протягиваю руку Ваньке, которого не было со стаей в новогоднюю ночь.

— Здравствуй, Ворон, — Коптель крепко сжимает мою ладонь. — Извини…

— А ты здесь причем? — перебиваю его."

"— А я со всеми, — пожимает плечами Ваня. — Ты же знаешь, у нас только так, — обаятельно улыбается он.