У него не было фундамента, он был создан из особого дерева, корни которого уходили в землю, а стволы образовывали дом. Там, откуда я был родом, это не было редкостью. И мы подружились с домом, образовали связь, которая позволяла мне заботиться о любимой семье. Мы были счастливы, нам был никто не нужен. Но потом началась война. И я потерял их – тех, ради кого просыпался, кого хранил и оберегал. Я потерял своих хозяев, и смысл жизни потерял вместе с ними.

Дом горевал. У него отваливалась черепица, трескались полы и стены. Я тоже горевал. Но по-своему. Приходил на кровать, в которой спала хозяйка, и засыпал, чувствуя ее запах, представляя, что ее добрые теплые руки вот-вот усадят меня на колени, и она будет что-то рассказывать и гладить меня.

Мы с домом были неразрывно связаны. Вместе с ним я менялся, у меня выпадала шерсть и болело тело.

Я чувствовал себя совсем старым и мечтал уйти вслед за своими хозяевами. Но не мог, дом нужно было охранять.

Несколько раз в дом приходили воры, они пытались обчистить его, и я защищал свое, бросаясь на них, вцепляясь когтями и борясь.

Годы сменяли годы. И вот мой домик обрел новых хозяев. Мы ждали новую семью с большим нетерпением. Слишком устали от боли и одиночества, принизывающего эти стены.

Но наши новые хозяева были не похожи на старых.

Женщина и мужчина, воротили носы от дома. Они не стесняясь ругали дом и прошлых хозяев, которые, по их словам, обладали ужасным вкусом. Это было больно слушать. Но мы с домом решили дать им шанс."

"Я вышел к ним, чтобы познакомится. На тот момент сил у нас с домом было очень мало. Все силы за столько лет мы истратили на страдания и попытку хоть как-то поддержать домик.

Нам нужен был маг, чтобы снова вливал в нас силы, и мы бы с домик стали такими, как раньше.

Когда я вышел, гости застыли, увидев меня. Главный из них, новый хозяин  сделала шаг навстречу. Я поборол в себе желание сбежать. Это новый хозяин, а значит, нужно было найти общий язык. Но как только мужчина подошел ко мне достаточно близко, он неожиданно размахнулся и ударил меня ногой.

Это было очень больно. Я отлетел к стенке и зашипел из последних сил.

- Ненавижу тварей, паразит чертов! – зарычал он, схватив кочергу от камина и бросаясь в мою сторону.

Пол мгновенно треснул, и новый хозяин провалился в него. Его дама закричала. А я набрался последних сил, поблагодарил дом и кинулся к лестнице. Быстро взбираясь на самый верх в пустой чердак.

Только добравшись туда, смог лечь на пол, чувствуя, как все болит. Особенно лапа – я совершенно не мог наступать на нее.

Дом жалел меня, он скрипел черепицей, пока я зализывал лапу, чувствуя, что в слюне моей была кровь. Больше у меня не было сил бороться, как и у дома.

Мы приняли очевидное – эти люди новые хозяева и нам их не выгнать, слишком мы стали слабы.