Ни слова больше не говоря, он ринулся за телефоном. А я попыталась успокоить Артемку, покачивая его на руках.

– Не бойся, мы тебя вылечим, – приговаривала я тихонечко, положив прохладную ладонь на пылающий лоб малыша. – Ты прости нас, пожалуйста, двух взрослых тупиц, что мы не знаем, как тебе помочь. Но мы исправимся, все будет хорошо.

Словно поняв мои слова, Артем и правда немного успокоился и стал рассматривать меня своими зареванными глазенками. Веки у него покраснели, припухли и как будто истончились. Не оставалось никаких сомнений, что он тяжело болен.

И у меня сердце разрывалось от жалости.

– Врач сейчас будет, – голос босса заставил меня вздрогнуть.

Я и не заметила, как он вернулся в комнату и остановился у двери. Впрочем, я бы и слона не заметила. Я ходила по комнате, качая Артемку и бормоча успокаивающие глупости.

– Папа вызвал врача…. Сейчас приедет очень хороший дядя врач на большой-большой машинке и вылечит нашего мальчика…

Господи, только б самой не разреветься…

– Идите вниз, встречайте там «Скорую», – скомандовала я, и босс мгновенно исчез за дверью.

«Скорая» действительно не заставила себя ждать.

Уже через пятнадцать минут в детскую вошли люди в белых халатах.

– У ребенка режутся зубы, – поставил диагноз врач после быстрого осмотра.

– И… это все? – Кирилл Владимирович уставился на него широко открытыми глазами. – Вы не представляете, он так плакал, и температура у него, может, вы чего-то просмотрели?

– Не беспокойтесь, папаша, – эскулап смерил его оценивающим взглядом. – Мамаша, дайте ребенку кипяченой воды. С вашим сыном все хорошо. Сейчас я вам выпишу лекарства, так что скоро в вашей семье будет тишина и покой.

Он быстрыми движениями исписал страничку, на ходу давая мне распоряжения:

– Это принять сразу, это давать два раза в день, а этим смазывать по мере необходимости, как только начнет кукситься.

Кирилл Владимирович ушел вместе с врачами, пообещав найти круглосуточную аптеку и вернуться с лекарствами как можно быстрее. Стоило только за ними захлопнуться двери, как Артемка снова надрывно заплакал.

Я схватила его на руки и прижала к груди.

– Малыш, скоро все будет хорошо, – прошептала я ему и снова принялась качать.

 – Это просто зубки. Они вырастут красивыми, как у папы!

То, как у меня устали руки, я поняла только в тот момент, когда вернулся Кирилл Владимирович. Он взял у меня сына, и я почувствовала непривычную легкость и сопровождавшую ее боль.

– Что там давать первым? – босс явно был в растерянности.

Я быстро рассмотрела коробочки и, сравнивая названия с рецептом врача, выбрала нужную. Никогда раньше я даже не подозревала о том, что существуют такие процедуры, как смазывание гелем десен ребенка.