Ни один иноземец не отказался от бесплатной доставки и гордо вышагивая, шёл следом, указывая только дорогу."

"— Ну, боярышня, лихо ты! — похвалил Ерёма. — Никогда в жизни не видел, чтобы какие-то яблочки продавали по такой цене. Это ж немалые деньги получаются! Не держал бы в руках — ни в жисть не поверил бы, что такое возможно.

— Да уж, я тоже, — поддакнул возбужденный шумным торгом Алексейка. — Но ты мне теперь должна!

— Как сказать, как сказать, — поджав губы, заметила Дуняша. — Благодаря мне твои дружки заработали, и твой авторитет поднялся до небес.

— Чего? Какой авторитет?

— Твоя важность среди ребят выросла, и всё благодаря мне, — терпеливо пояснила Дуня. — Не каждый день можно за короткое время заработать полкопейки, тем более им. Так что это ты мне должен.

— Нет же!

— Да!

— Нет.

— А я уверена, что да!

— Ну ты горазда хитрить!

— А то!

Довольная собой Дуня думала пройтись по рынку, но мероприятие по продаже яблок забрало у неё все силы. Требовалось отдохнуть душою, подкрепиться телесно и распланировать своё пребывание в этом удивительно щедром на торг месте.

Глава 25

Дуня сидела на женской половине, беззаботно лузгала семечки и слушала из уст забежавшей к Посниковым гостьи сказ про то, как она яблоки продавала.

История обрела красочность вкупе с иносказательностью, и по словам свидетелей на мосту стояла царевна, раздававшая благочестивому люду райские фрукты. Самым приятным в данный момент для Дуни было то, что вся семья уже знала подлинную историю, и поэтому женщины наслаждались враками, всячески способствуя их приукрашиванию.

— Ох, дивное то было угощение! — восклицала гостья, свысока посматривая на слушательниц.

— Тебе откель знать? — насмешливо спросила её дочь хозяйки дома.

— Так пробовала я его! Дивная дева прямо в руки мне вложила гостинец и сказала: «Попробуй, Степанидушка, не побрезгуй!»

Дуня фыркнула, заслужив укоризненный взгляд Степанидушки, но вскоре сплетница ушла, а Соломония велела всем угомониться.

— Ишь ты, какие слухи интересные ходят, — чуть помолчав, произнесла она. — Но нам они лишние, так что не болтайте.

Все согласно закивали, а тем, кто не понял, почему не болтать, отвесили подзатыльники и повторили приказ.

Дуня притихла, а боярыня молвила:

— Повезло тебе, Милослава, с Дунькой. За неё можешь быть спокойна. Не пропадёт девка, а с ней и муж её добро наживать будет.

Милослава благодарно обозначила поклон головой, но Соломония уже смотрела на Машу:

— Рановато сватаете Машеньку.

Дуня с удовольствием пожала бы руку старой боярыне, но никто не понял бы её порыва. Машка вся затрепетала от намёка на осуждение, а мама занервничала.

— Девка ладная растёт, да и мастерица она видная.