— То есть, если бы не ты, меня бы все равно нашли и продали? — сглатывает Маша.

Стискиваю челюсть. Да, ее продали бы. И только бог знает, что было бы с девочкой. И от этой мысли меня тоже уже неделю триггерит. Как представлю ее шлюхой, хочется еще раз поломать руки этому мудаку. Передёргивает. Как вовремя мы встретились. Я спасаю ее, она – меня. И если бы я тогда вдруг не передумал и не принял бы ее на работу, наши жизни поломались бы...

— Маш, давай не будем думать, что было бы... Всё хорошо.

— Спасибо. Без тебя бы я.… — снова сглатывает, меняясь в лице.

— Не нужно меня благодарить. Я сделал то, что должен.

— Ты ничего мне не должен.

— Позволь это мне решать. Всё, забудь.

— А что сейчас с Тарасом? Он где?

— Пусть тебя это не волнует. Ты больше его не увидишь. И поэтому ты свободна. Тебе нечего бояться и не от кого скрываться. Ты можешь покинуть этот дом в любое время и продолжить жить, как хочешь. Но я очень хотел бы, чтобы ты осталась с нами. Артем очень привязан к тебе.

— Ты просишь, чтобы я осталась только из-за Артема? — заглядывает мне в лицо. И в этих красивых глазах столько вопросов и сомнений. А потом она снова опускает взгляд на мои руки, на обручальное кольцо на пальце, и прекращает дышать. Я настолько сросся с этим кольцом, что даже не чувствую его.

Снять не мог.

Не мог и всё.

Это словно оторвать часть себя и выкинуть прошлое.

Кручу его на пальце, а потом все же снимаю и кладу на стол между нами. Обручалка – это связь с любимой женщиной. Моей любимой женщины больше нет, как бы ни было больно это осознавать."

"Маша всего лишь маленькая девочка, которая не должна тонуть в моей боли и прошлом. Да и не нужно ей это. У нее другая история. А я мужик и должен пережить всё самостоятельно. Мне вдруг стало не всё равно.

— Нет, Маша, не только из-за Артема. Не только...

Глава 29

Мария

Обручальное кольцо Роберта лежит на столе, между нами. Роберт смотрит на меня, я – на обручалку. Нельзя винить человека за любовь к супруге, нельзя винить его за боль от ее ухода. Это всё естественно и даже правильно. Только мне от этого не легче.

Хочется, чтобы так же полюбили меня.

Нет, не так же, сравнения тоже отвратительны. Хочется, чтобы меня любили по-другому, чтобы у нас было только наше.

Но я пытаюсь понять этого мужчину и принять его боль. Потому что хочу остаться, потому что люблю. Вот такая наша история нелегкая и нерадужная. Но если не принять, то какая же это тогда любовь с моей стороны?

— Ты можешь хранить его, — шепчу я, продолжая смотреть на кольцо. — Оставить Артему. Но, пожалуйста, больше не надевай, — прошу.

— Не надену, — кивает Роберт. — Я снял его осознанно. Давай попробуем? Ты хочешь?

Киваю.

— Давай сейчас поменяем статусы.

— Каким образом? — не понимаю я.

— Ты теперь не няня и наемный работник в этом доме.