Получается, Хаберсот забрал тогда оба пистолета, а жена потом каким-то образом заполучила один из них. Не мог же бывший муж доложить о пропаже.

Карл выпрямился и приготовился бежать к машине. Нелли Расмуссен стояла на краю могилы и указывала в глубину ямы, всхлипывая гораздо интенсивнее, чем раньше.

Там, в обрамлении красных роз, между тремя горстками освященной земли лежал красочный журнал с почти голыми мужиками на обложке. Наверное, Юна Хаберсот хотела таким образом показать, что она наконец приняла образ жизни своего сына?

Но зачем?

Карл побежал.

Глава 53

Он догнал Ассада в самом конце дороги.

– Юна припарковалась вон там, у фермы, – выдохнул тот и махнул рукой назад. – Я был близок, едва не схватился за ручку на дверце, но не успел. Все-таки у меня еще есть некоторые проблемы с мышцами и дыханием, Карл. Я сожалею.

Мёрк прекрасно понимал товарища. И нечего тут было сожалеть. Он сам едва не потерял сознание, пробежав несколько сотен метров.

– Удалось разглядеть номерной знак?

Ассад покачал головой. Проклятье.

– Эй, вон она! – воскликнул сириец, показывая вперед.

Хотя машина находилась перед ними на расстоянии не менее пятисот метров, они прекрасно слышали, как Юна Хаберсот терзает коробку передач.

– Как грохочет это старое корыто… Она мчится как ненормальная, Карл. Тебе ее ни за что не догнать.

– Звони Биркедалю. Может, они все-таки найдут пару машин и помогут нам не упустить ее…

Мёрк погнал «Пежо» во всю мочь, так что педаль газа едва не проломила пол в салоне. Одновременно он пытался понять, почему Юна Хаберсот решила покончить с собой на могиле у собственного сына. Это следствие депрессии в связи с его гибелью или тут кроется нечто более фундаментальное? Что таилось в ее психике на протяжении стольких лет и все это время заставляло прятать украденный пистолет? И почему она застрелила Ату? В целях самозащиты? Но если это была самозащита, почему она убежала? Неужели…

– Осторожней! – заорал Ассад, не выпуская из руки телефона. Впереди на дороге было раскидано множество осколков от бутылок. Коварные куски стекла с острыми, как иглы, краями, могли бы внушить ужас владельцу любого колесного транспорта.

Карл притормозил и полз следующую сотню метров, объезжая препятствия со скоростью улитки. Если б Ассад вовремя не заметил опасности, покрышки взорвались бы с оглушительным треском.

– Поставь в известность Биркедаля – пускай пришлют кого-нибудь прибрать это безобразие.

Впереди лежал прямой и безопасный участок дороги, и Карл надавил на газ.

Домчавшись до построек Гильдесбо, они заметили свежие следы от колес, ведущие в южном направлении. Кажется, улица называлась Оседамсвай.

– Ассад, что скажешь? Ее следы?

Сириец кивнул.