А может, просто нашел благодарного слушателя в моем лице? Ну правда? С кем в этой глуши общаться? С семьей, наверняка они уже все новости обсудили, и так вовремя подвернулась я, с полной потерей памяти.

— Вы оказались замечательным рассказчиком, а кроме вас некому посвятить меня в столь интересную и важную для всех нас тему. — Пела как могла, изо всех сил восхваляя его таланты. Мне совершенно не в тягость, а результат сложен в нашей кладовой.

— Почту за честь рассказать и все остальное! — Радовался как ребенок, барон.

А вот это кстати. Может, он подскажет, каким делом здесь заняться? Или я буду предлагать разные варианты, а он будет их оценивать с точки зрения рациональности? Няня мне в этом не советчик.

А сосед мог бы оказать неоценимую помощь. Кроме того, он расскажет про других соседей. Не может быть, чтобы два семейства жили в глуши. Или может?

Расставались мы, кланяясь друг другу и выражая надежду на дружбу и теплые отношения. Я простила барону его фанатичную увлеченность. В конце концов — он молод и горяч. Все воспринимает непосредственно, не задумываясь о последствиях. Это присуще молодости, и простительно.

Может и зря его фанатиком окрестила?

— Ты попросила соседей о помощи? — Едва за бароном закрылась дверь, няня приступила с расспросами.

— Нет. Мы познакомились утром, когда я гуляла у реки, разговорились. Он проводил меня до дома и ни о чем подобном речи не было. Я и сама немало удивилась, увидев его вновь. Даже подумала, что он приехал для восстания собирать припасы.

— Для какого восстания? — Живо заинтересовалась няня. И Тира враз перестала греметь горшками. Мы по-прежнему сидели на кухне.

И тут я со знанием дела передала все, что узнала несколько часов назад.

Няня только охала и ахала в ответ. А Тира, та перестала делать вид, что занимается делами, и запросто подсела к нам за стол.

— Вона как! Давно пора было ронюсков гнать! — К моему удивлению, няня жарко поддержала идею восстание. Да и кухарка время от времени одобрительно кивала головой.

— Куда гнать? — В проеме двери стояла Гулла и держала за руку младшую сестру.

Все тут же пришло в движение. Детей усадили за стол, налили им травяного чая, и я принялась вновь рассказывать свои приключения на реке.

— Ты ходила гулять, а нас не позвала? Папа всегда звал. А ты?! — Первым делом обрушилась на меня с упреками Гулла. Ну что ты будешь делать? Почему она укоряет меня о всем? И что было в прошлом между нами?

Я совершенно серьезно не знала, как ей объяснить мое утреннее отчаянье и свою прогулку. Но она же своими ушами все слышала, когда я… забирала последние украшения у матушки. Непременно нужно будет их позвать на прогулку и постараться ей все объяснить. И про недоразумение в кабинете отца тоже объяснить.