Так эта мегера — моя сестра? Ну дела!

— Герд… — Не успела я договорить, как она прервала меня.

— Няня, ты всегда так меня называла, няней… — Угу, поняла, исправлюсь.

— Няня, я вообще ничего не помню! Ни кто я, ни где мы!

У старушки широко открылись глаза, и она испуганно прикрыла рот пухлой ладошкой. Недолго меня разглядывала, а затем кивнула и опасливо покосилась в сторону, куда ушла девушка.

— Вот горюшко-то. Все же стоило, может, лекаря позвать? — Герд еще немного помолчала, жалостливо качая головой, а затем, глубоко вздохнув, принялась рассказывать мне про меня же, иногда перескакивая с детали на деталь. Я осторожно задавала вопросы, направляя ее монолог.

Я — баронесса Далия Берси, девятнадцати зим от роду. У меня две младшие сестренки, та, что недавно заходила — Гулла, ей пятнадцать зим. Есть еще младшая — Фрея, той девять зим. Мать — Иде, а отца звали Ингмар.

Живем мы рядом с деревней, в северной части королевства Молбук. Королевство наше располагается в северных землях, на больших скалистых островах, омываемых холодным морем.

Семья наша живет очень скромно, раньше, еще до моего рождения у отца были четыре деревни, но денег никогда не хватало, и он не придумал, ничего лучшего, как по одной их продавать, и на эти деньги жить. А последние средства в виде запасов еды на все лето утонули, когда обрушился мост. Вот такая невеселая история выходила, если сократить все охи и ахи Герд.

Глава 2

Закончив рассказ, старушка глубоко вздохнула и замолчала. А потом спохватилась:

— Ты, небось, голодная? А я все болтаю и болтаю. –

И да, желудок отозвался сухими спазмами, но хуже то, что внезапно захотелось нещадно в туалет.

— Мне бы в туалет. — Увидев удивление на ее лице, спохватилась. Какой туалет в королевстве? Пояснила: — На горшок очень хочется.

Старушка тут же понятливо закивала и потянулась за серым мешком, что лежал у меня в изголовье. Пару раз встряхнула его, осмотрела с разных сторон и откинула шкуру, под ней я, оказывается, лежала совершенно нагая. Мгновенно стало зябко, тело покрылось мурашками, и я торопливо натянула на себя мешок, который оказалась чистой, но далеко не новой рубашкой аж до самых щиколоток. Тепла она мне особо не принесла, и еще сильнее захотелось в туалет. Хотя, казалось — куда уж сильнее. Няня тем временем уже натягивала мне на голову теплое серое платье, а после него, сверху, овечий жилет. Только после этого тело начало согреваться, а я перестала стучать зубами.

— Нако вот, — пододвинула к моим ногам деревянные башмаки-колодки, а сама метнулась в темный угол.

Оттуда она вынесла пузатый невысокий горшок с крышкой. Наконец-то! Подхватила его и, завернув за край кровати, отвернулась. Все же непривычно и стеснительно делать такое при свидетелях.