Я положил сотовый в карман. Что со мной? Сначала разговариваю с Демьянкой, затем задаю дурацкий вопрос, как дежурная выяснила мою фамилию… Надо выпить кофе, авось в мозгу прояснится.

Выйдя в коридор, я сделал несколько шагов и остановился около двери, в гостевую. Из комнаты раздавался голос великого, но, увы, покойного Эрика Курмангалиева. Вот только исполнял он не оперную арию, а нечто блюзовое, причем на английском языке. Я очень люблю этого певца, храню виниловые пластинки с его записями. Но понятия не имел, что гениальный казах пел и на эстраде.

Любопытство помешало мне дойти до кухни, я постучал в дверь, потом приоткрыл ее и спросил:

– Фред, можно войти?

– Ты же тут хозяин, – засмеялся Безумный, – открывай дверь и заходи.

Я слишком громко включил музыку? Разбудил тебя?

– Нет, меня сдернула с постели Демьянка, – сказал я чистую правду и прикусил язык. Мысленно одернул себя: «Ваня, не следует всем рассказывать, что ведешь беседы с собакой».

– Люблю слушать Слона на полную мощность, – признался Фред. – Жаль, что больше он не споет.

– Курмангалиев был великим певцом, – согласился я. – Почему вы назвали его слоном? Если не ошибаюсь, Эрик не отличался огромными размерами, скорее наоборот.

– Насчет этого… Барманлиева понятия не имею, – пожал плечами Фред, – а Никиту прозвали Слоном из-за пуловера, который ему фанатка связала. У нее плохо получилось – сделала Никите свитер с воротником хомут, а тот свернулся трубочкой и повис, как хобот. Все обрыдались, когда Слонов его нацепил: ну типичный слон! И фамилия свою роль сыграла.

– Вы о ком говорите? – не понял я.

– О Слоне, – сказал Фред. – Я часто говорил: «Никита, у тебя уникальный голос! Бросай Гнома и компанию, они балласт, поступай в консерваторию».

Куда там! Спасибо Володе Марану. Знаешь его?

Я покачал головой.

– Прикольно, – заржал Фред, – в Москве нашелся человек, который не знаком с Вовкой. У Марана всегда водились пиастры, потому что он наикрутейшие квартирники устраивал.

Безумный прищурился.

– Про квартирники слышал?"

"– Да, – кивнул я. – Это подпольные концерты рок– и других не признаваемых советскими властями музыкантов, которые подпольные же продюсеры устраивали на квартирах. Пару раз я ходил на подобные мероприятия, но не особо впечатлился.

Какие-то группы из Екатеринбурга были. Играли неплохо, но публика! Народ пил много водки, закусывал карамельками, а я даже в юности не любил наливаться по уши.

– Серьезный ты, Ваня, человек, – вздохнул Фред. – А мы с Вовкой обалдуи. Когда справляли юбилей Марана, он мне сказал: «Пятьдесят лет мне уже, а ума нет и не будет. И ты безумный. Давай, Фред, как всегда, с моста сиганем?» Традиция у нас такая есть – в именины, его и мои, в парке в пруд с моста прыгать.