– Как скоро Винкины и Палкины уехали?

– Первая семья снялась с места через пару недель после исчезновения Максима Брякина. Вторая чуть позднее. Елизавету положили в больницу – Геннадий Андреевич ее до полусмерти избил.

– Избил? – изумленно повторил я.

– Филипп Ветров еле-еле Лизу у него отбил, – поморщился Протасов. – Услышал нечеловеческие крики со двора Брякиных, бросился туда, глядь, муж Лизу ногами пинает. Итог: сломанные ребра, рука, выбитые зубы, сотрясение мозга. Но она отказалась заявление в милицию писать. Прошептала только: «Я очень виновата, из-за меня Максимка пропал, хочу, чтобы меня убили».

И все. С тех пор молчит. Ни слова более не произнесла. Геннадий Андреевич уехал в Москву. Дачу Брякин продал, с женой развелся, где сейчас живет, что делает, понятия не имею. Лиза физически поправилась, зарабатывает на жизнь уборкой. Бойск теперь вполне ничего себе город, неподалеку находится пара дорогих коттеджных поселков, и немая горничная там всем нравится. Еще она в церкви моет, территорию вокруг подметает. Палкиных и Винкиных достать Елизавета уже не может, а Горкины рядом, Елене и ее матери Марфе достается по полной программе. Дерьмо, вываленное на крыльцо и размазанное по двери, – самая безобидная Лизина затея, были акции похлеще – крыса, прибитая к створке, выдранный за ночь весь урожай на огороде, сгоревший сарай, отравленная собака, удушенная кошка. Один раз Марфа пошла в магазин, упала и расшиблась, так как через тропинку была натянута леска. Все пакости я и не вспомню. Никто не сомневается, что это Лиза проделывает, но ее ни разу не поймали. И никто так и не видел, как Брякина с ведром дерьма к избе Горкиных крадется. Молчунья ухитряется действовать незаметно. Правда, когда я в Бойск перебрался, война уже утихала. В этом году Елизавета, как я уже говорил, всего пару раз…

У Протасова зазвонил телефон, а ровно через секунду ожил и мой мобильный.

Глава 18

– Простите, Иван Павлович, – произнес Борис, – вы можете сейчас выслушать меня по хозяйственным делам? Не по работе?

Я посмотрел в спину отходящего в сторону полицейского, который не стал вести разговор при мне, и согласился.

– Да, говорите.

– Я выбросил по вашему приказу все постельные принадлежности, – завел Борис.

– Прекрасно, – одобрил я, – спасибо.

– Одеяло, подушки, белье в запасе есть, а матраса нет.

– Странно было бы держать в квартире еще один на всякий случай, – засмеялся я. – Он же большой, где его хранить?

– Совершенно с вами согласен. Но вы же не можете спать на голых досках? – продолжал секретарь.

– Не вижу ни малейшей проблемы, – остановил я помощника, – приобрести новый матрас нынче очень легко.

– Вовсе нет, – возразил Борис. – Спины у людей разные, следовательно, и матрасы им требуются неодинаковые.