Я только не знаю, сколько на это уходит времени. Ну, и второй способ – докование. Я же решил поступить проще, во время прилива подвести сторожевик к берегу и во время крайней точки отлива, когда катер окажется на мели, спокойно его почистить. А то эти ракушки заметно влияют на скорость, а в данный момент это у меня одно из главных преимуществ.

При приближении к берегу ветер заметно усилился, и брызги от волн уже промочили все, что можно, я даже убрал матрасы в кубрик. Посмотрев на хлопающее полотнище самодельного военно-морского флага СССР, я поспешил в рубку.

Сильный ветер, перешедший в один самых из ужасных штормов, которые я когда-либо видел, а видел я их уже с десяток, длился почти неделю, да и то большие волны еще долго гуляли по океану под постоянным дождем.

Только через неделю я смог нормально подняться на палубу, полузанесенную песком, поднятым ураганом, и начал осматривать разрушения.

Когда я нашел эту углублённую в остров бухту, имевшую вид серпа, то, пройдя до острия, где был красивый пляж в обрамлении пальм, спустил якорь. Впоследствии, когда ломались как спички деревья и по закрытой бухте бегали немалые волны, якорь не удержал сторожевик, и тот был выброшен на пляж.

Ладно хоть, я сумел это сделать носом, а не боком и уж тем более кормой. Побило, конечно, кое-что из стекла в запасах, но ничего критичного. Этот ураган мы выдержали с честью.

Сейчас же, посмотрев на появившееся из-за туч солнце – ветер уже был не такой сильный – я прошёл на нос и спрыгнул на нанесенные волнами и ветром кучи мусора, которые фактически засыпали нос сторожевика. Пройдя до кромки воды, я присел и посмотрел на лопасти винта и руля, вода была хоть и мутная, но их уже было видно.

– Целые, – я довольно улыбнулся.

Еще раз обойдя катер, я почесал затылок, размышляя, как его теперь стаскивать в воду.

– Ладно, подождем прилива, а пока займемся ракушками. Где там моя пехотная лопатка и скребок?

К вечеру я очистил левый бок от ракушек, докончить мне помешал начавшийся прибой, который показал, что стащить катер с берега в принципе можно. Да и другой выход был. Лебёдка, что находилась на корме, вполне может с этим справиться.

На следующий день я закончил с чисткой корпуса и принялся готовиться к съему сторожевика с пляжа на чистую воду.

На лебёдке был стальной трос, который я размотал и утащил на противоположную сторону бухты. Благо в районе острия серпа она была всего двести метров шириной, пока совсем не сужалась в месте впадения ручья с питьевой водой.

Закрепив трос на дереве, я вернулся на катер, решив заняться ужином. Гуляющие у катера куры, которых я выпустил из трюма, закудахтали, когда увидели меня. Их, кстати, осталось три и петух. Насыпав в миску корма, я поднялся на борт и стал готовить.