Он был открыт – влажный, мерцающий, густо подведенный в бахроме длинных ресниц, какими не могли похвастаться первые красавицы нашей академии. И он смотрел прямо на меня.

Зачарованная тем, что увидела, я прикоснулась к прозрачному камню, который был темницей для этой девушки. На ощупь он был гладким и теплым.

– Красивая, правда?"

"Обернувшись, я увидела фэсса Игоряха Иссаволя. Чему очень порадовалась. Не то, чтобы я почувствовала себя не в своей тарелке, но это место… было странным.

– Она же не живая, да? – спросила я, не сводя глаз с девушки. – Вернее, не была живой, пока ее не поместили в этот камень? Это украшение? Нечто вроде статуи в королевском саду?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Неужели ты еще не поняла, Хэлли? – послышался знакомый голос, и из-за деревьев вышел не кто иной, как Ульвар Мортен, мой веселый друг-оборотень. – Мы не в королевском саду.

Позади него замаячил Вальбу – его брат со старшего курса. Ведь братья всегда были неразлучны…

Я четко запомнила этот момент, когда испытала первый страх. И ощущение того, что происходит что-то не то. Если до этого я испытывала лишь легкое недоумение и даже любопытство, то сейчас пришел страх.

Страх. И осознание того, что эти парни мне – не друзья. Разве у друзей бывают такие темные, странные, нездешние глаза?

И еще понимание того, что мы действительно даже близко не в королевском замке, а совсем в другом месте.

А я уже была здесь когда-то. И чуть не погибла.

Словно открылись шоры, и темная аура этого места хлынула на меня со всех сторон, чуть ли не пригибая к земле.

Это был Черный Бор. Вот только не опушка, куда я однажды неосмотрительно забрела, а самые дебри. Возможно, даже центр всего леса.

Было и еще кое-что, на что я вначале просто не обратила внимание, приняла за полукруглые декоративные элементы вокруг камня.

Вовсе это были не декоративные элементы, а яйца. Постоянно невесть куда исчезающие каменные яйца, как две капли воды похожие на Заветное Яйцо в руках статуи Аригуна.

– Похитители Яиц – это вы? – медленно спросила я, поворачиваясь то к одному, то к другому оборотню. – Но зачем? Зачем вы это делали?

– Затем, Хэлли, – сказал Игорях Иссаволь, медленно приближаясь ко мне. – Затем, что та статуя – обман.

– Полный обман и надругательство над памятью о нашей маме, – подхватил Вальбу Мортен.

Какой еще вашей маме, шеликун вас разбери?!

Но я уже смутно осознавала – какой, и теперь медленно пятилась.

Оборотни медленно, но неотвратимо окружали меня, заставляя прижиматься к прозрачному камню.

– Аригун не разбивал последнюю кладку Сольрис, – серьезно кивнул Уль Мортен.

Мне на миг показалось, что я брежу.