Он расчесывает мои волосы, приподнимает и прижимается губами к шее. От его прикосновений я таю, точно снежинка на весеннем солнце. Не могу удержаться от соблазна, откидываю голову назад, подставляю губы для поцелуя."

"Эта ночь становится для нас особенной. Я больше не чувствую вины перед Хэлом, не стесняюсь, что могу показаться неловкой или, напротив, вести себя неподобающе для сати. Теперь нам позволено все. И я сосем не против, чтобы и в этом мире у меня появилась дочка. Или сын, наследник Хэла и будущий жрец.

— Теперь я уверен, что ты — мой подарок от Великой Матери, — признается Хэл, когда мы, обессиленные и счастливые, наблюдаем рассвет за окнами пирамиды. — Даже не знаю, чем заслужил это.

— Не такой уж я и подарок, — смеюсь в ответ. — Ужиться со мной непросто.

— Зато как интересно! — возражает Хэл. — Сколько еще гениальных идей созреет в твоей голове.

— Даже не знаю… — всерьез задумываюсь я. — Для начала нужно закончить с убежищем. А уж после можно и за другой проект браться.

Весь следующий месяц мы с Хэлом посвящаем убежищу. Так много всего нужно сделать, столько предусмотреть. Мы должны быть уверены, что жители Аланты получат идеальное укрытие на долгие годы. Если понадобится, то и на века.

— Главное, чтобы было достаточно чистой воды и еды, — не устаю повторять я.

— Мы все продумаем и просчитаем, — обещает в ответ Хэл. — Наши потомки не будут ни в чем нуждаться. Главное, чтобы они соблюдали оставленные инструкции.

Благодаря усилиям механиков и магов, убежище должно стать не просто бункером, но идеальным микромиром. Здесь можно будет регулировать погоду, растительность и создавать новые виды животных. Огромная батарейка, спрятанная в недрах главной пирамиды, долгое время сможет работать без подзарядки. Даже если случится самое страшное, и вдали от источника великой Матери люди утратят магию — они выживут.

Гигантский купол защитит их и сохранит до тех пор, пока Аланта полностью не очистится от скверны. А до тех пор страж убежища будет охранять границы.

Чтобы закончить побыстрее, нам с Хэлом приходится переехать из главной пирамиды к месту, где ведется строительство. Как говорится, в тесноте, да не в обиде. В наспех выстроенном конусообразном доме не так много места, зато тут мы с Хэлом можем не соблюдать этикет и быть ближе друг к другу. При дворе Инке такое попросту невозможно.

— Даже не верится, что хрупкая сати может жить в походных условиях, — замечает Хэл. — Здесь же нет ни водопровода, ни даже магазинов.

Убежище строим далеко на отшибе, практически в диком лесу. Но это не мешает мне наслаждаться жизнью. Да что знает главный жрец об отсутствии условий? Вот когда в моем родном мире в минус двадцать отключают отопление — это настоящая беда.