Голова не соображает, и я надеюсь, что мне показалось. Но нет. Я отчётливо слышала другое.

И пока чужие пальцы поглаживают пульсирующее лоно, пытаюсь отойти от ступора.

Это не Влад.

Потому что эти ладони принадлежат не ему. Как и голос, который хрипел мне на ухо эти слова несколько секунд назад.

Я тут же подскакиваю на кровати.

Точнее, хочу. Но Генри не даёт этого сделать.

Вытаскивает омерзительную руку из шорт. Крепко и небрежно хватается за талию. Вдавливает меня в кровать.

Взмахиваю ладонью и бью по тому, что вижу, выкрикивая в панике ругательные слова:

– Отпусти! – страх прокатывается по мне, как каток. Тарабаню по жёсткому, непробиваемому телу. Он не чувствует моего сопротивления!

Вжимает в мягкий матрас и садится сверху, пошло сверкая глазами. Лицо точно такое же, как и всегда."

"Дыхание сбивается от страха, майка приподнимается до груди. Оголяет кожу, по которой Вернер водил руками несколько секунд назад. Продолжаю его колошматить, не в силах отойти от шока.

Что он здесь делает? Прилетел за нами? Зачем? Так хочет испортить мою жизнь? Он уже это сделал!

Три дня спокойствия и тишины – вот всё, чем я насладилась. Больше он не дал.

Конец. Перехватывает своими большими ладонями тонкие запястья.

Закончился мой праздник, потому что сейчас сверху вниз смотрю на ненавистного мне мужчину.

Прижата к кровати. Руки задраны над головой. А он сидит у меня на бёдрах. И хорошо… Что не на животе. Я бы тогда убила бы его сама.

Но сейчас вместо боевого запала меня накрывает паника.

От того, что сейчас произошло.

Я изнывала не от Влада.

Я кончала не из-за Влада.

Меня трогал не он.

Во мне был не он!!!

А человек, что преследует меня каждый день. И днём, и ночью. В кошмарах и наяву.

– Как ты?… – вылетает само. Когда убегаешь от него – он догоняет.

– Соскучился по вам. Решил приехать, – это должно звучать насмешливо, но не так равнодушно, как есть на самом деле. – Не рада?

– Отпусти меня, – разве я могу что-то ответить ещё? – Какого чёрта ты творишь вообще? Я всё расскажу Владу!

– И что он мне сделает? – почему он так спокоен? Понимает, что делает? – Ударит? Не смеши. Боль – последнее, чего должен бояться человек. Разве тебе не понравилось? Я заметил, что очень…

Уголки губ сдержанно приподнимаются вверх. И всё же в глазах насмешка. Только в них. Лицо каменное, безэмоциональное.

– Чего ты добиваешься? – как же я устала от этих игр… Глупых, несуразных.

– Тебя хочу. Не ясно? – одна свободная рука, которой он ничего не делал до этого, скользит на грудь. Сжимает её, а я кривлюсь и пытаюсь вырваться снова. Приподнимаю ногу, бью коленом по спине. Но ему хоть бы хны! – Давай, Лина, пока Влада нет рядом.

– Ты с ума сошёл! – кричу, теряя последние нервные клетки. Родимые и такие дорогие.