Я набрал отца. Сейчас было не до гордыни и старых счетов. Его служба безопасности найдет кого угодно и где угодно.

Лизу не нашли — вспомнил я, но поспешил себя успокоить. Лиза уникальна. Она исключение. Ваньку найдут.

Следующий час я запретил себе быть человеком, превратился в бездушного робота. Приехала скорая и полиция. Лидию забрали в больницу. С ней вместе отправился сотрудник, чтобы контролировать состояние и задать вопросы, если она придет в себя. Внутренняя служба безопасности ничем нас не обнадежила. Они только засекли, что на наш этаж почти сразу за няней поднялась женщина, блондинка.

— Боже, тут же везде камеры! — восклицала Лиза. — Как так вышло, что ничего не зафиксировано?

На это эсбэшники только пожимали плечами. Как бы то ни было, но все указывало на похищение. Не мог Ваня сам так далеко уйти, избегая камер.

— Вы ведь состоятельный и влиятельный человек, Артур Аланович, — спрашивал меня следователь. — Может кто-то угрожал вам последнее время? Кого-то подозреваете сами?

Я подозревал всех, если честно. От родного отца, до премьер-министра, который лично просил меня продать футбольный клуб, а я отказался.

— Не знаю. Это длинный список.

— Начните с наиболее вероятных недоброжелателей.

— Клянусь, я не знаю, кто мог бы украсть моего ребенка, — отвечал я, совершенно теряясь. — Бизнес дело грязное, но ведь и требований мы не получали.

— Это пока, — отвечал мне следователь.

Лиза сидела на диване белая, как мел. Она не плакала, но следила глазами за всеми, отвечала на вопросы, когда к ней обращались. Пугала меня до чертиков, если честно. В какой-то момент она просто встала и направилась к двери, остановилась, обернулась. Я моментально догнал ее.

— Куда ты? — проговорил я в безжизненные глаза любимой женщины.

— Дай ключи от машины.

Лиза протянула руку. Я манул головой, отказывая.

— Нет.

— Не могу здесь сидеть, Артур. Хочу уехать.

— Зачем? Опять убегать от проблем? Не получится. Мы должны быть здесь.

— Я поищу его. Не могу сидеть дома, когда…

Жена всхлипнула, и я прижал ее к себе. Сил вырываться не осталось. Лиза плакала, щедро смачивая мою рубашку слезами.

В этот момент в дверь постучали. Я открыл. На пороге стояла моя мать.

— Агния, — прошептала Лиза, вытирая слезы.

— Здравствуй, — с холодной надменностью приговорила мама. — Могу я пройти? Есть важные новости. Алану некогда сейчас. Я посчитала, что вы должны знать.

Разумеется, следователь пожелал присутствовать при разговоре. Мать не противилась.

Она прошла в кабинет и села в мое кресло, как королева. Я не мог не закатить глаза. Даже в такой момент Агния Батурина напоминала всем о своем статусе.

— В день, когда ты сбежала с Ваней, ко мне пришла Ирина, — начала мать, глядя исключительно на Лизу.