С этими последними словами было связано какое-то стихотворение, но Влада не успела вспомнить какое, потому что подскочивший Белов ударил ее по голове. Последним, что она заметила, был кастет на его правой руке.

«Вот чем он Надю», – успела подумать она и начала падать куда-то в бездонный черный колодец.

Когда она пришла в себя, то обнаружила, что сидит на стуле в той самой дальней комнате, в которой хранились коробки с основным оборудованием. Ноги и руки оказались примотанными к ножкам и спинке стула широким скотчем, им же ей залепили и рот. В комнате она была одна, поэтому сразу начала дергаться, пытаясь понять, насколько крепко связана. Крепко, не вырваться. Ее сумка и шубка валялись в углу. Влада попыталась закричать, но лишь замычала.

Итак, попробуем оценить ситуацию. Напавший на нее Паша Белов уволок ее в самую дальнюю комнату будущего ультрасовременного оперблока, надежно связал и лишил возможности кричать. Зачем? Ответ напрашивался сам собой и давал некоторую отсрочку как от возможных мук, так и от смерти.

В разгар дня Белов ничего не может с ней сделать. Они на первом этаже крупной больницы, недалеко люди, а значит, ни пытать Владу, чтобы выяснить судьбу карточки с банковским кодом, ни вытащить ее отсюда, чтобы перевезти в более тихое место, у него не получится. Мерзавцу нужно дождаться ночи. До этого времени Владимир Радецкий точно ее хватится, хотя бы потому, что начнет удивляться, что Влада не приходит за своей собакой. Когда он поймет, что она пропала? Скорее всего, освободившись от всех своих совещаний, то есть в районе обеда. И что будет дальше?

Голова работала так усиленно, что Владе казалось, что она слышит, как в ней что-то щелкает. Как поведет себя Радецкий, обнаруживший, что Владислава Громова исчезла? Скорее всего, подумает, что она решила не отвлекать его от дел, а вызвала такси и отправилась забирать машину и заниматься своими ежедневными делами. По крайней мере, она сама подумала бы именно так.

В этом была логика – не путаться под ногами, а жить своей жизнью, чтобы к концу дня приехать за псом уже на автомобиле, не объясняясь с таксистами, встречающими собаку в салоне с кислой миной. При таком раскладе Радецкий не хватится ее раньше пяти, а то и шести часов вечера. Пока хватится, пока начнет звонить, пока поймет, что она не отвечает не потому, что занята, а из-за того, что с ней что-то случилось, пока кинется искать, пока догадается сообщить следователю, закончится рабочий день, а это значит, что Белов сможет приступить к реализации своего плана.

На этом месте своих рассуждений Влада немного скисла и тут же рассердилась сама на себя. Нельзя сдаваться, никак нельзя. Она никогда так не поступала, а значит, и сейчас не сдастся тоже.