Они еще с полминуты попереминались и попереглядывались, но поскольку я молча стоял, загораживая им проход, Гайн как-то демонстративно сплюнул в сторону, шлепнул по плечу Сайма и скомандовал:

-- Пошли отсюда!

После их ухода я рассмотрел монеты из мешочка. Серебристые прямоугольники с отверстием на одном конце, точно такие же, как и те два, что отдал мне Сайм. Они были по размеру немного меньше медяшек, что я раньше видел у Оллы. Похоже, он вернул какой-то долг. Всего в мешочке было четыре таких монеты, и туда же я добавил пару от Сайма.

Олла вернулась ближе к вечеру и так нахваливала меня за ремонт, с такой нежностью и благодарностью поглаживала по плечу, что ничего кроме неловкости я не испытывал.

Хоть умом я и понимал, что сын Оллы был изрядным говнюком, но меня все же сильно смущала ее реакция на эти, в общем-то самые простые действия. За каждую мелочь она хвалила меня так, как будто я совершил подвиг. И хотя сама с утра до вечера была занята какой-то работой, но чуть ли не гордилась моими «достижениями».

Видно было, что Оскара своего она нежно любила и с легким сердцем, простив все прежние обиды, улыбалась мне, как совершенно счастливый человек.

Для меня это был довольно неуютный момент. Умом я прекрасно понимал, что на мне нет вины за прежнее поведение сына Оллы. Я даже не виноват в том, что он ухайдакал себя до смерти, но каждый раз, когда она меня хвалила, я остро ощущал неловкость.

Кроме того, я прекрасно знал, что в данный момент сижу у нее на шее. Я не приносил в дом денег, зато с аппетитом выздоравливающего поглощал все, что она ставила на стол. Я не знал, нужно ли мне отдать ей эти монеты или стоит самому что-то купить в дом?

Сама она, как я понял, зарабатывала деньги очень разными способами.

Во-первых, в городе была какая-то обедневшая семья, которая не могла себе позволить служанку с проживанием, так что два раза в седмицу Олла уходила из дома на заре и возвращалась совсем поздно вечером. Кроме того, у нее были какие-то особо породистые куры, и большую часть яиц она продавала где-то на местном рынке. Ну и не брезговала любой работой, которую только могла ухватить.

Например, однажды, на третий или четвертый день моего присутствия в этом мире, она вернулась домой сильно после полудня и притащила приличных размеров корзину с грибами.

-- Представляешь, сынок, – голос ее полнился радостью, – только вошла в лес - целая поляна веснянок!

По мне, эти самые хваленые веснянки больше всего были похожи на обычные сыроежки. Однако, Олла, оставив на столе небольшую горсточку грибов, надела чистое платье и новый передник, тщательно прикрыла содержимое корзинки сероватой тряпкой и куда-то исчезла. Как потом выяснилось, такая корзинка этого местного деликатеса в городе продалась почти за сорок медяшек.