Очередной пинок заставляет его говорить:

— Нам прислали сообщение. Аноним. Там было подробно про все. И фотографии. Я тебе показывал, ты сам проверял.

— Проверял! — рычу я. — Похоже, нас всех подставили. Направили по ложному следу, — Виктор морщится, как ребенок, у которого отобрали игрушку. — А теперь самое главное! И не ври! После суда ты пытался убить Дану?

— Пытался, — бормочет глухо. — Не убить, покалечить… Я должен был хоть что-то сделать… Это ты отмороженный, тебе все равно… А я любил ее, даже такую…"

"— Твоя любовь довела ее до могилы! А сегодня? Ты сбил Дану? Говори, тварь! — стаскиваю его на грязный пол.

— Да, я! — орет, глядя на меня снизу вверх. — Что мне оставалось? Аноним написал, что тот мудак-паталогоанатом готов все рассказать. Мы обрадовались. А толку, если он отказался идти в суд? Опять никаких доказательств! Вот я и…

Всё, мои планки сорваны, отпускаю себя и хреначу его, как грушу. Урод даже не пытается защититься, лишь скулит:

— С ума сошел… какое тебе дело до этой суки...

— Заткнись, мразь! Дана — моя женщина. Носит моего ребенка. Если они не выживут, ты не доживешь до суда…

— Твоя женщина?.. Ты променял мою сестру на эту…

— Твоя сестра сама променяла меня и ребенка на наркоту. Врала бы мне потом про выкидыш! — невольно вспоминаю, что чувствовал, когда ко мне вышел хирург и сообщил, что Елена умерла. А я, сцепив кулаки, спрашивал про ребенка, прекрасно понимая, что плод еще слишком мал, чтобы выжить. И только тогда узнал, что моя невеста, не поставив меня в известность, сделала аборт.

Отхожу в сторону. Меня больше не вставляет бить это скулящее тело. Да и какой смысл? Я сам во всем виноват! А с этим… Достаю телефон, набираю полицию и сообщаю, где искать урода, совершившего сегодня наезд на женщину.

— Ты что, Марк… — в ужасе хрипит Виктор, пытаясь подняться с пола.

— Ничего! Не собирался я тебе помогать, — сплевываю и шагаю к выходу. Нахожу рядом с входной дверью замок и запираю его снаружи. Рядом, на ступеньки, кидаю ключ. На окнах тут решетки, значит не выберется. На всякий случай отъезжаю чуть дальше и жду появления ментов. Наблюдаю, как урода с вывернутыми назад руками выводят из ворот и увозят. И только тогда возвращаюсь в город.

Сначала заезжаю к себе домой. Быстро принимаю душ, переодеваюсь, беру ноут и еду в больницу. Собираюсь торчать там, пока Дана не придет в себя. А потом вымаливать прощение. Алекса застаю на том же диване с телефоном в руках. Никого из родных Даны уже нет. Друг подтверждает, что они уехали. Но у реанимационной палаты осталась охрана: пара амбалов. Прошу его использовать все обаяние и любые деньги, чтобы мне разрешили посидеть рядом с моей женщиной, пусть и спящей. Но Алекс возвращается ни с чем. Похоже, у отца Даны тут тоже знакомые. Ну и охрана никого не пропускает.