Утереть нос гордецу Руму? Показать Ларнису, что я молодец? Чтобы он… Что? Похвалил меня? Дружески хлопнул по плечу? Поцеловал?

От мысли о поцелуе закружилась голова, а в груди сделалось жарко от стыда и от незнакомого сладкого томления.

– Три!

Мы рванули вперед, и я с самого начала на шаг опередила всех – говорю же, очень быстро бегаю. Я уже успела представить шершавую деревянную поверхность перил в своих ладонях, как ощутила, что перебираю ногами на месте. Я вязла в воздухе, как муха в меду: он стал густым и не пускал меня, хотя дышалось по-прежнему легко.

Я-то всего лишь застряла, а вот малютку Руби снесло назад, будто порывом ветра. Я, Ларнис, Рум и Лули побрели вперед, преодолевая сопротивление.

– Ага, – скрипел Рум, – я же говорил! Говорил! Защитный купол!

Мы шли примерно наравне. Но чем дальше шли, тем тяжелее было идти. К каждой ноге словно привесили по гире. Второй сдалась Лули.

– Тупая была затея! Я сразу не хотела участвовать.

Она отстала и вернулась к началу тропинки, где ее уже поджидала Руби.

Рум и Ларнис молчаливо перекидывались взглядами. И без слов было понятно, что они оба вошли в азарт. Оба хотели выиграть. Но и я, неожиданно для себя самой, тоже пока не сошла с дистанции.

Рум из нас самый высокий, мускулы бугрятся даже сквозь ткань: не просто так его взяли на факультет боевиков. Однако с каждым шагом он все сильнее сжимал губы. По лбу струился пот. Выходит, мышцы тут значения не имеют! Он шумно дышал, а потом зарычал и шлепнулся на колени.

Я, к своему удивлению, все еще брела к цели. Медленно, будто улитка, но очень упорная улитка. Ларнис шел чуть впереди. До заветных перил оставался какой-то десяток шагов, когда я поняла, что силы закончились. Я вовсе не переживала по этому поводу – пусть победит достойный. Я была рада, что Нис обставит гордеца Рума."

"Я остановилась, но Ларнис вдруг обернулся.

– Ну же, не сдавайся!

Я покачала головой: «Не могу…»

Тогда он подал мне руку.

– Пойдем вместе.

Я вцепилась в протянутую ладонь, чувствуя тепло и уверенную силу. Вместе! Вместе…

Задрала голову, опасаясь, что увижу приоткрытое окно и удивленное старческое лицо, но ректор либо спал, либо благоразумно решил не обращать внимания на студенческую возню. Особенно если учесть, что первокурсники каждую ночь устраивают «посвящение». Может быть, он даже установил в своей комнате звуконепроницаемую защиту, это было бы верным решением.

Мы дошли! Не разжимая рук, оглянулись и, не сговариваясь, помахали насупленному Руму, Лули, которая смотрела в сторону и делала вид, что наша победа ее не волнует, и Руби. Гнома радостно подпрыгивала и махала в ответ.

– Дотронься первый, – прошептала я. – Ты честно заслужил.

Ларнис улыбнулся краешками губ, кивнул и положил ладонь на перила.