И лечили ее высококлассные специалисты, и лекарства ей Алекс доставал заграничные.

– Да, неплохо ты ее устроил, – улыбнувшись медсестре в накрахмаленном халате, сказал Пуп.

Они шли по светлому коридору, мимо новеньких сосновых дверей с золочеными табличками.

– Сейчас палату посмотришь, – бахвалясь, сказал Усыгин.

Он показал Игорю не только палату, но и специалиста, который лечил его сестру.

...Наташа стояла на коленях, щекой уложив голову на подушку, а кучерявый доктор, пристроившись сзади, трудился, не жалея молодецких сил. И так здорово это у него получалось, что Наташа ногтями сцарапывала известку со стены.

Но не стонала и не кричала, как полагалось смелому пациенту. А смелости ей не занимать, если она решилась отдаться доктору прямо в палате...

Алекс ошалел от такой наглости, застыл в оцепенении. Зато Пуп не растерялся. Без всяких истерик он подошел к доктору, развернул его к себе лицом и врезал ему кулаком с такой силой, что голова едва не отделилась от туловища вместе с шеей. Врач упал, и Пуп тут же ударил его ногой в живот. Раз, другой...

Игорь не особо подрос за последнее время, но вширь раздался порядком – за счет мышечной массы.

И мускулы накачал в своем подвале.

Пуп оторвался от врача, подступился к Наташе, которая уже забралась под одеяло и тряслась, подобрав под себя ноги. Ничуть не стесняясь Алекса, он схватил ее за волосы, намотал их себе на руку, приблизил к ней лицо.

– Я тебя сейчас задушу, сучка!

– Не надо, – жалко вякнула девушка.

А Усыгин так и продолжал стоять в оцепенении. То на нее глянет, то на ее партнера, который все никак не мог подняться на ноги.

– Я не хотела! Он сам! – простонала Наташа.

– И ты сама! – зашипел на нее Пуп.

– Мне колоться надо! А он морфий приносил.

..

– Ах ты, мразь!

Врач поднялся на ноги, но Пуп, припрыгнув, ударил его кулаком в нос, и тот снова растянулся на полу.

– Я ж тебя, падлу, на куски...

Алекс ничуть не возражал против этой экзекуции. Но вместе с тем с ужасом смотрел, как сотрясается под мощными ударами тело врача. Он не хотел оказаться на его месте...

Пуп запыхался, оторвался от своей жертвы и взором распаленного человека посмотрел на Усыгина.

– Ты понял? Эта гнида за наркоту Натаху имела!.. Я ж ему теперь жизни не дам! Бить буду, пока не сдохнет.

..

– Твое право, – кивнул Алекс, отшвырнув от себя пакет с продуктами, повернулся к нему спиной.

Наташа не только наркоманка, она еще и шлюха. И зачем она ему такая нужна?

Он уже подходил к своей машине, когда Пуп догнал его.

– Ты что, ее кидаешь? – зло спросил он.

– Не кидаю, а бросаю.

– Да нет, кидаешь. Сам ее на иглу подсадил, а теперь святошу из себя строишь?

– Не подсаживал я ее на иглу.

– А кокаин?

– Это не игла.

– Давай не будем!.. Здесь твоя вина, понял? И ты свою ошибку должен исправить.

– Я пытался.