– Кого я знаю?

– Его, – откровенно смеялась Лазарева, методично запирая штук семь или восемь фирменных замков.

В подъезде она притормозила возле столика бдительного охранника и командным голосом велела:

– Алексей, знакомьтесь: Дарья, моя двоюродная сестра, будет часто приходить, пропускать беспрепятственно.

– Обязательно, – пообещал мужик, окинув меня цепким взглядом, – всегда готов.

– Поедем на твоей машине, – распорядилась Зоя, – сначала поболтаем с человеком, а потом назад вернемся, я тебе все указания дам, введу в курс дела.

Я отметила, что Лазарева уже разговаривает со мной, как капризная начальница, но ничего не сказала и послушно завела «Вольво».

– Куда едем?

– Майский переулок, – распорядилась Зоя и добавила: – Только аккуратно и не несись в крайнем левом ряду, не выношу быстрой езды.

«В конце концов, ты меня не шофером нанимаешь», – чуть было не выпалила я, но огромным усилием воли сдержалась. Слишком велико было желание узнать правду о смерти Клюкина.

– Так ты знаешь, кто отравил Ваньку? – поинтересовалась я, притормозив у перекрестка.

– Следи за дорогой, – велела Зоя.

Возле «Вольво» устроился красивый темно-зеленый «Фольксваген». За рулем сидел мужчина лет сорока с болезненным цветом лица. Полфизиономии скрывали огромные черные очки, темно-каштановые волосы выглядели странно, как-то мертвенно. Наверное, больной. Внезапно водитель медленно повернул голову и глянул на «Вольво». Отчего-то мне стало не по себе. От головы к ногам побежали мурашки, и я невольно дернулась. Мигнул зеленый огонек светофора, я выскочила первой, «Фольксваген» отстал."

"– Конечно, знаю, – неожиданно сказала Лазарева, – причем очень хорошо. Только Ванька тут ни при чем, по ошибке погиб, не на него охотились.

– А на кого?

– Сейчас все поймешь, – снова загадочно ответила Зоя и приказала: – Тормози вон там, у серого дома.

Я покорно припарковалась в указанном месте.

– Посиди минутку в одиночестве, – сказала спутница, – пойду узнаю, где мой человек, пусть сам к нам выйдет, незачем тебе в его конторе светиться.

Она аккуратно спустила на тротуар ноги, обутые в дорогие туфли из змеиной кожи, потом быстро-быстро пошла через дорогу к большому многоэтажному зданию.

«Нм м ‑ ор» – стояло на вывеске, прикрепленной около входа.

Честно говоря, я ей немного позавидовала. Уже давным-давно не ношу обувь на высоких каблуках. Спина болит, да и ноги устают. Мадам Помпадур, придумавшая водрузить женщин на «подставки», вообще говоря, была абсолютно права. Банальная «шпилька» разом делает даму стройней, ноги длинней, а походку более загадочной. Только в определенном возрасте начинаешь больше всего любить удобство.

Но Лазарева была готова ради красоты жертвовать собой.