– Самой учиться пора, – ворчал мальчишка, включая машину, – уже год скоро сидишь, ну сколько можно, побойся бога, Светка.

– Завтра же пойду на курсы, – пообещала Света, – а ты помоги в последний раз.

– Пользуешься моей добротой, – вздохнула «скорая компьютерная помощь».

– Ладно ворчать, – рассердилась девчонка, – дела-то на пять минут!

Верно, ну не через пять, а через десять минут я знала точно: ни один из загсов столицы не выдавал свидетельства о смерти Козлова, зато младенец по имени Петр отыскался сразу. Судя по документам, родился он в середине августа 80-го года. Отец все тот же Федор, а мать – Татьяна. Причем ее адрес был прежним – Камвольная улица, а адрес отца совсем другой – Молодогвардейский тупик, 30.

В магазине я принялась налистывать бесценный атлас. Но такой магистрали там не нашлось. В примечании стояло: «Молодогвардейский тупик в связи с реконструкцией города был уничтожен».

Как пойнтер, идущий по следу, я рванула в Крылатское и, подъехав к посту Гм БДД, налетела на молоденького постового.

– Где раньше пролегал Молодогвардейский тупик?

Паренек принялся чесать в затылке.

– Какой? Первый раз слышу…

– В 1980 году тут где-то был этот тупик…

Мальчишка вздохнул.

– Вы бы еще нашествие Наполеона вспомнили! Здесь тогда лес стоял. Мне в 80-м как раз два года исполнилось, откуда я это знать могу!

Я поглядела на его розовощекое, почти безусое лицо. Ну да, такому московская Олимпиада так же далека, как и Крымская война 1853–1856 гг.

– В чем проблема? – вмешался в разговор крепкий кряжистый прапорщик по виду лет пятидесяти.

– Да вот водитель вчерашний день ищет, – махнул жезлом мальчишка, – какой-то Красногвардейский тупик.

– Молодогвардейский, – поправила его я.

– Один шут, нет тут такого, – сообщил парень и пошел на середину дороги.

Я удрученно молчала. Новое поколение выбирает «Пепси»! Люди моего возраста никогда не спутают Красную гвардию с Молодой. Слишком много времени в школе было уделено изучению романа А. Фадеева об отважных комсомольцах. Очевидно, те же мысли пришли в голову и бравому прапорщику, потому что он безнадежно вздохнул:

– Ох, молодо-зелено. Ничегошеньки не знает и знать не желает. Книги они не читают, только в стрелялки режутся да порнуху глядят. Мы другими росли. А тупик вон там был, вместо него теперь кардиологический центр отгрохали. Помните, еще все на субботниках работали, а деньги на строительство перечисляли."

"Я кивнула. Все, полный нокаут. Козлов Федор Сергеевич испарился без следа. Впрочем, если подумать, он мне и не нужен. Кличка у него согласно документам была не Жок, а Хлебало. Интересно, за что получил мужик такое неблагозвучное прозвище. Остался только один-единственный путь, и я покатила в центр.

До семи вечера бесцельно прошаталась по магазинам.