И свечу обязательно надо прихватить!..

Еще раз оглядев гостиную, я постояла у дверей, прислушиваясь к тому, что творится в коридоре. Стражники переговаривались между собой, правда, что именно они говорили, не поняла. Слишком тихо звучали голоса, ну, или хорошая звукоизоляция, что мне, несомненно, на руку.

Сунув поднос под мышку, поспешила к заветному цветку, и с придыханием нажала. Все случилось, как и ночью: шкаф отъехал, являя взору темноту. Только на этот раз я в нее шагнула. Свеча освещала мой путь. По сравнению с тем ходом, что вел на улицу, этот был намного уже, и почему-то холоднее. А может, мне так только казалось, ведь было страшно. Я освещала свечой стены, видела паутину и пыль, но вот выхода все еще не было.

Наконец, спустя минут десять, коридор разделился на два хода: налево и направо.

– И куда же мне пойти? – спросила я себя.

Мой голос гулким эхом разнесся по коридорам. Я даже вздрогнула и впредь зареклась говорить здесь вслух.

Поколебавшись, выбрала правую сторону. В принципе, картина особо не менялась. Все та же паутина, холод, каменные стены и пыль. Я уже отчаялась куда-то выйти, только радовалась, что путь один, пусть извилистый, но один. Поверну обратно и не ошибусь. Тем более специально воском лужицу сделала в развилке коридора. Но что-то я реально долго иду…

Именно в тот момент, когда я решила повернуть назад, передо мной возникла стена. Тупик. Ну как тупик, явно выход, только следовало понять, как задействовать механизм, и вообще его найти.

Я осмотрела стену, но подсвечников не было. И выступов тоже никаких. Абсолютно гладкая стена. Ни за что не поверю, что нет механизма. Зачем-то этот путь сюда ведет…

Я поставила свечу на поднос, а тот на пол и начала ощупывать камни – сантиметр за сантиметром.

Но, увы, ничего не нашла. Видимо, удача меня покинула. А если этот выход вообще замуровали? Все-таки первый потайной ход имел и внутренний механизм для выхода, а не только наружный – для входа. Тут же все гладко и тоскливо.

Я расстроенно привалилась к стене и сползла по ней на пол. Знаю, что на холодном сидеть нельзя. Но от долгой ходьбы ноги гудели. Все-таки сидение в четырех стенах сказывается на организме: он начинает бунтовать даже от получасовой прогулки.

Пришлось разочарованно констатировать, что ход оказался пустышкой, и дольше торчать здесь нет смысла. Радовало одно – он хоть не был ловушкой, и моей жизни конкретно в этом месте ничего не угрожало.

К развилке я возвращалась дольше. Устала, да и мысленно крутила в голове, куда мог вести этот коридор. Единственное, что приходило в голову, – в покои прежнего князя. Расстояние, которое я прошла, примерно соответствовало.