— Я, это того, тут ящики какие-то рассыпал... Со странными трубками, на петарды похожие. Па, а что такое динамит?"

"Моргнув, быстро поняла, что приключения наши, похоже, только начинаются.________________________________________________________________________________________Дорогие мои читатели, приглашаю вас в свою новинку:Леди-самозванка в Драконьей Академии МагииЯ Мирабель Гимера, наследница графства Лодоса, отправленная матушкой на королевский драконий отбор. Все думали, что я стану невестой принца… Только вот у меня иные планы. И судьба со мной в сговоре. По воле счастливого случая мне удалось занять место своей сестры и поступить в Драконью Академию Магии.Теперь я леди-самозванка Анабель Лакруа!И мне предстоит не только учеба. В академии пропадают студентки, и никто этого не замечает. Никто кроме меня! Я разберусь в этом деле, и ничто мне не помешает…Подождите, что значит принц не выбрал невесту и прибыл в академию в качестве декана?Что значит я обещала ему руку и сердце?Я не хочу замуж! У меня… расследование!

Глава 37.3

***

Две недели спустя

Мои ноги начали подживать быстрее, чем мы прибывали на Оюту, до которой оставался какой-то день. Демьян, Сунир и Ратхар, таща на буксире наш корабль, каждый день связывались с нами, и с упорством буйволов убеждали Шу вступить в их ряды, правда, пока мне непонятно кого. То ли серых бизнесменов, то ли откровенно черных контрабандистов. Но, несмотря на свою сомнительную со всех сторон деятельность, мужчинами они мне казались честными «для своих» и весьма умными.

И вот сейчас, проверяя содержимое трюма, в очередной раз слышала их голоса сверху. Опять обрабатывали моего безопасника. Я же рыскала по полкам, вынюхивая и высматривая запрещенные для детей предметы. При этом делала это не в первый раз. После того как Марк случайно обнаружил взрывчатку, Шу заверил меня, что это там ещё со времен службы завалялось случайно. И больше там ничего «такого» нет.

НО!

Ровно через день наш любознательный сынишка в компании с Оютой обнаружили в морозильной камере труп непонятного мне аборигена. Вот тогда-то, превозмогая боль, я спустилась вместе с мужем в это жуткое место. Мы так и стояли дружной семьей, рассматривая покойника в закромах у хозяйственного папки. Фраза «всё в дом» в тот момент заиграла для меня новыми красками.

Мертвый абориген с явно человеческой костью фаланги пальца, вставленной в нос, и бусами из зубов скалился, глядя на нас с некоторым осуждением.

— Наверное, стоит позже здесь все разобрать, — сделал умозаключение Шу, нарушая воцарившуюся в трюме тишину.

— Ой, а я, это того, помогать буду, — Марк от восторга аж приплясывал.

— А я не буду, — Оюта скривилась.