Возможно, даже лучше, что разговор состоится здесь, в его квартире, на его территории, а не там, где Рустама могли пнуть взашей даже без повода.

Но не сказать, что грядущая встреча совсем уж оставляла мужчину равнодушным. У Руса было много вопросов. В том числе и таких, на которые Рус ответы знал, но все они могли как сыграть Русу на руку, так и окунуть его мордой в дерьмо.

К примеру, не исключено, что Зверь выдвинет ультиматум дочери. И что тогда? Кого выберет Маруся? Мужчину, который отобрал у нее невинность, прилип к ней, как клещ, и не планирует отпускать даже на метр от себя. Или отца, который всю жизнь заботился о своем ребенке, подарил ему жизнь и отцовскую любовь?

Русу катастрофически не хватало времени. Возможно, именно тех двух дней. За этот срок Рустаму удалось бы посильнее привязать Маруську к себе. Намертво. Чтобы у нее и сомнений не возникло в отношении Рустама.

А так…

В душе настойчиво скреблось беспокойство. Русу было не впервой отхватить по морде от сильного соперника. А в том, что Зверь по-прежнему способен устроить Нагашеву приличный «сотряс», сомнений не было. Да это ведь пустяк, на Русе все заживает, как на собаке. А вот если Маруся решит уйти от него, выдержит ли он?

Нагашев даже не хотел думать в таком направлении. Перед ним стояла задача охренительной важности: как убедить серьезного мужика доверить ему, Русу, свою дочь?

Рус бы не доверил. Факт. Будь там хоть сто раз любовь. А Нагашев прекрасно знал, что у Зверя железный характер и стальные принципы."

"Рустам не заметил, что сосредоточенно перебирает хрупкие пальцы на девичьей ладони, склонившись над ней, как скряга над сундуком с золотом. Возможно, он даже напугал Марусю своими действиями. Но и перестать не мог. Не касаться ее – как не дышать. Рустам не мог сделать ни первого, ни второго.

– Давай я сама с ним поговорю? – нахмурилась Маруся, видя, как сильно обеспокоен ее парень.

Рустам вскинул на нее взгляд исподлобья. Нахмурился.

– Обижаешь, малыш, – поджал губы Рус. – Разве плохо меня знаешь? Не привык я бегать от проблем.

Маруся торопливо перебралась к Рустаму на колени, обняла его крепко-крепко за шею. Действительно, глупость сморозила!

– Прости! Нет. Конечно, нет! Ты не такой! – жарко зашептала Маруська, поглаживая кончиками пальцев виски, скулы, щеки мужчины. – Просто… Просто не могу я спокойно смотреть, когда моего любимого человека избивают! А он ведь будет! Я уверена!

Рустама отпустило. Зря она это только что сказала! Зря! Его же теперь окончательно накроет дикой жаждой. А нельзя, черт раздери! Заверин где-то рядом, совсем скоро будет здесь. Еще и злой, как сам дьявол, потому что Маруся сказала матери, где они сейчас находятся. У Нагашева дома.

И это труба.

Рус не мог думать ни о чем, кроме как о Марусе в его руках.