Уточняю у них, где начинает ловить связь.

Выбравшись на пригорок, включаю телефон и поднимаю его повыше вверх. Одно деление едва мигает.

Ну, будем пробовать.

Пишу Алексею Михайловичу смс, что Яся со мной, с ней всë в порядке, мы застряли за городом. Но скоро будем."

"Потом пытаюсь пробиться до Ромки, у него есть доступ до убойного вездехода. Они с дядькой переделывают усиленный военный ваз для участия в ралли. Он-то нам и нужен…

Но дозвон сделать не получается. Смс тоже висит.

Скидываю локацию в наш чат, минут через пять она уходит с горем пополам. И тоже пишу сообщение.

Присаживаюсь на подсохшую траву. Локация ушла, в любом случае реакция будет. Пацаны должны сообразить. Теперь надо ждать…

Давай, Мар. Ты же у нас «жаворонок»! Это Ромка может подушку до обеда мять.

Курить охота. И не думать, о том, что было, чего не случилось и что будет дальше.

Потому что дальше — ничего.

И от этого хочется сдохнуть!

Ложусь на спину, разглядывая облака.

Смс-ки уходят. Но связь опять на нуле.

Яся…

Губы растягиваются в улыбке от воспоминания, как злился на Царевну. А она совсем не змеища… Она царевна-лягушка.

И чокнутая…

Совсем без тормозов!

Мучительно рыча, долблю наотмашь кулаком в траву. Как противостоять её глазам я не понимаю. Считаю дни до выборов.

Ну ок, немного осталось. Но дальше то что? Что дальше?! Не будет же так, что уехал и отключился. Я там совсем тогда сдохну…

«Ванечка…».

Садистка!!

Часа через полтора вижу, как через пустырь между двумя дачными массивами ползёт джип. Срываюсь навстречу к своим.

Ромка за рулем, Марат торчит в открытом люке. На заднем борту лебёдка с буксировочным крюком.

На капоте надпись: «ВАЗ всегда ранен, но никогда не убит». Хотя от ВАЗа там почти ничего не осталось. Чудовище Франкенштейна. Но зрелищное и впечатляющее.

Встаю, улыбаясь, у них на пути.

Шмелёв тормозит.

— Ну и как тебя сюда занесло, дружище? — разводит руками на заброшенные дома Марат.

— Я — жертва, вообще. Спокойно спал в тачке, ехал домой, «очнулся — гипс».

— А где тачка-то?

— Тачка дальше… — запрыгиваю на заднее сиденье. — Поехали, покажу.

Пока ползем на первой по ухабинам рассказываю о вчерашних приключениях.

Пацаны косятся на меня в зеркало заднего вида.

— Иии?

— Что — и? Всë.

— А с Царевной?

— Что — с Царевной? — туплю я.

— Ну вы же… «не»?

Опускаю взгляд.

— Яшин?!

— Да не было ничего почти…

Было, на самом деле. А как было — уже детали.

Пацаны качают хмуро головами.

— Тормози, Яш.

— Я её не трогал.

— А она тебя?

— За ручки подержались — считается?! — зло психую я.

— За ручки — нет, ты в неё главное членом не тыкай! И в ручку его не вкладывай.

— Вот сюда поворачивай! — показываю я. — Аккуратно! Там каша.