– С кем переписываешься? – пытаюсь я снова завязать разговор. Мой тон дружелюбный.

– Не твое дело, – грубо отвечает он и снова улыбается своему телефону, который мне хочется вырвать из его рук.

Я принимаю решение просто уйти, если он снова начнет меня раздражать. И почему-то вспоминаю про неполученный поцелуй. Он как будто играет со мной.

Мы едем по пробкам довольно долго, и я говорю себе под нос, что лучше бы поехали на метро. Матвей это слышит – не знаю, какой у него музыкальный слух, но обычный очень хороший. Он улыбается, но молчит.

Машина останавливается на Кутузовском, у салона красоты премиум-класса.

– Твой друг справляет день рождения в магазине? – недоверчиво спрашиваю я.

Матвей задорно смеется.

– Кость, а у нее неплохое чувство юмора, скажи? спрашивает он у водителя, который снова открывает мне дверь. – Но на самом деле это не чувство юмора, это глупость моей принцессы.

Кажется, Константин улыбается, и я чувствую себя совсем дурочкой.

– Выходим, – командует Матвей.

Он ведет меня в салон и небрежным тоном велит привести меня в порядок. Как будто бы я не в порядке! Как будто бы я не старалась хорошо выглядеть, как будто бы не надела новое нежное платье и неудобные туфли, как будто выглядела неподобающе.

– Зачем? – спрашиваю я с тихой яростью в голосе.

Хочется кричать, но устраивать скандалы в людных местах не люблю. Вообще не люблю скандалы.

– Чтобы соответствовать мне, – отвечает Матвей.

Я хочу сказать ему, что он мерзавец, но меня куда-то уводят две улыбающиеся кукольные девушки, и я глотаю обиду, которая встает комом в горле.

Мне делают маникюр и педикюр сразу два мастера – я просто сижу в удобном кресле, ненавидя Веселова всем своим сердцем.

– Расслабьтесь, – мягко просит меня один из мастеров. Я пытаюсь, но получается плохо – пальцы то и дело напрягаются, и девушке из-за этого нелегко заниматься моими ногтями. Более-менее это удается сделать только тогда, когда мне приносят горячий шоколад и конфеты.

Я любуюсь на элегантный френч и направляюсь на следующие процедуры – к парикмахеру, который укладывает мои волосы струящимися блестящими локонами, а затем – к визажисту, чьи кисти вдохновенно порхают по моему лицу так, словно оно холст.

После всего этого я недоверчиво смотрю на себя в зеркало, и мне кажется, будто в его гладкой поверхности отражаюсь не я, а кто-то другой с моим лицом безупречно-красивым. Я будто настоящая принцесса. Или суперзвезда. Или модель.

Матвей же любит моделей, верно?"

"Я касаюсь волос, и отражение повторяет за мной, но мне кажется, что стоит мне отвернуться, как оно усмехнется, пронзая меня взглядом. Уходя, я чувствую, как отражение смотрит мне вслед и выжженная на сердце звезда ноет.