Следом шли Джульетта и Лукас, держа сундук за боковые ручки, как пара носильщиков. Джульетте пришло в голову, что это еще одно нарушение Пакта: люди в серебристых комбинезонах выполняют работу носильщиков. Сколько еще законов она может нарушить сейчас, занимая должность с обязанностью все эти законы поддерживать? И хватит ли у нее доводов для оправдания своих действий?

Потом ее мысли переместились от собственного лицемерия к далекому туннелю, к новостям о том, что Кортни пробилась в соседнее укрытие, а Соло и дети в безопасности. Она очень жалела, что не может быть внизу с ними, но там сейчас хотя бы ее отец.

Поначалу тот не желал играть какую-либо роль в ее походе наружу, а потом не хотел оставлять ее, чтобы вместо этого осмотреть детей. Джульетта убедила его, что они приняли достаточно мер предосторожности, и в проверке ее здоровья не будет нужды.

Сундук раскачивался и постукивал о перила, и она пыталась сосредоточиться на первоочередной задаче.

— Ты как, справляешься? — спросил Лукас.

— И как только носильщики такое выдерживают? — пожаловалась она, меняя руку.

Вес подбитого свинцом сундука тянул вниз, а сам он мешал идти.

Лукас шел ниже, поэтому мог идти по центру лестницы, выпрямив руку, — на вид так было гораздо удобнее. Идя выше, она не могла нести сундук таким же образом. На очередной лестничной площадке она заставила Лукаса подождать, сняла пояс, привязала его к ручке сундука, а на втором конце сделала петлю и надела ее на плечо — она видела, что так поступали носильщики. Это позволило ей идти сбоку от сундука, принимая его вес на бедро, — так носильщики переносили для похорон черные мешки с телами умерших. После очередного этажа нести стало почти удобно, и Джульетта даже увидела некую привлекательность в работе носильщиков. Она давала время для размышлений. Разум отдыхал, пока перемещалось тело. Но тут она подумала о черных мешках и о том, что́ они с Лукасом несут, и ее мысли обрели мрачноватый оттенок.

— Как ты? — спросила она Лукаса после двух оборотов лестницы, пройденных в полном молчании.

— Нормально. Знаешь, я все думаю о том, что мы несем. О том, что внутри ящика.

Его мысли тоже стали мрачноватыми.

— Полагаешь, это была неудачная идея?

Он не ответил.

Она так и не поняла, то ли он пожал плечом, то ли поудобнее взялся за ручку.

Они спустились еще на один пролет. Нельсон и София отгораживали по пути все двери полицейской лентой, но за ними все равно наблюдали из-за грязных стекол. Джульетта заметила пожилую женщину, прижимавшую к стеклу блестящий крест. Когда она повернулась, женщина потерла крест и поцеловала его, и Джульетта подумала об отце Венделе и его идее о том, что она несет в укрытие страх, а не надежду.