– Помоги мне, – отчаянно прошептала я, глядя на кота. – Сделай что-нибудь.

Глупо просить помощи у животного. Может я и правда сбрендила?

Голубые глаза сверкнули, приводя меня в чувство. Внутри груди будто что-то начало стремительно расти, грозя проломить рёбра.

Я начала задыхаться. Но вдруг стало легко. Меня отпустило. И показалось, будто внутри разлились сила и энергия.

А кот свернулся клубочком, прикрыл глаза и растворился в воздухе.

Но мне было некогда размышлять над безумием происходящего, потому что Алиссия уже во всю тащила из меня жизнь. Её глаза горели, влажные губы были разомкнуты. Вдовствующая герцогиня едва не облизывалась!

Я вырвалась из цепкой хватки. Подрагивающие красные нити тянулись от ногтей Алиссии до моей руки.

Схватив бутыль с лекарством, стоящий на столике рядом, я швырнула его гадине в голову.

– А-а-ай! – глухо вскрикнула вдовствующая герцогиня, прикладывая руку к голове. На её пальцах показалась кровь.

Не теряя времени даром, я вскочила с кровати. Несмотря на бурлящую внутри силу, ноги казались слабыми и едва двигались. Как будто мышцы почти атрофировались.

На том же столике лежал тонкий крохотный нож, должно быть, им вскрывали пузырьки лекарств. Я схватила его и выставила перед собой:

– Вы меня тут чем-то пичкали? Отвечай!

Герцогиня начала приходить в себя. Она смотрела на меня зло и исподлобья. И тут я увидела, что её глаза заволокло чем-то тёмным. Взгляд стал чернее ночи.

Недолго думая, я метнулась в сторону двери, дёрнула её на себя и выскочила в длинный коридор.

На полу лежали красивые узорчатые ковры, на стенах висели картины с летающими ящерами и чьи-то портреты. Но окон не было, лишь светильники на стенках плясали жёлтыми огоньками.

Разглядывать времени не было.

Боясь погони, я побежала по коридору босая в тонкой белой рубашке до пят. То и дело казалось, что наступлю себе на подол. Мельком отметила, что мои руки выглядели исхудавшими и немного странными, будто в пятнах.

Послышались какие-то голоса. В том числе и мужской.

– Изабелла сбежала! – послышался голос вдовствующей герцогини.

Я рванула в другую сторону с бешено колотящимся сердцем.

Найдут!

Убьют!

Дом казался огромным. Мебель, что встречалась, была старинной и непривычной глазу. Я ещё больше уверилась, что попала в логово психопатов-маньяков.

В какой-то момент я спустилась по широкой лестнице и оказалась в огромном обеденном зале. Солнечный свет бил в окна, за ними пели птички. Я метнулась к стеклянной двери, ведущей на улицу. Подбежала к ней, и тут увидела в стекле своё отражение.

Это было не зеркало, но что-то рассмотреть было можно. И я едва не закричала от ужаса.

На меня смотрела измученная женщина лет сорока пяти или даже старше. Иссохшая и худая, будто больная анорексией.