Поднял меня на руки и опустил на кровать, наваливаясь сверху и целуя шею. Мне казалось, что меня жадно ласкает обезумевший зверь. Его касания были горячие, болезненные, но такие желанные. Я вся горела, внизу живота пылал огонь, вынуждая выгибаться под умелыми ласками.

– Хватит, – прошептала я, пытаясь оттолкнуть мужа за плечи.

Но герцог уже оттянул бретельку платья.

– Я столько думал, желал… я хочу тебя… – его обжигающее бормотание расходилось мурашками по коже."

"Губы мужа скользнули по груди, едва не задев чувствительную вершинку через ткань. Маркос нетерпеливо оттянул тонкий кружевной лиф.

Я судорожно выдохнула, закусив губу, чтобы не застонать. А затем со всей силы толкнула Маркоса, вынуждая остановится.

Отползла ближе к изголовью, со всей силы сжимая бёдра, между которыми всё горело. Мне было страшно. Наша отвратительная противоестественная связь душила меня. Делала слабой и ничтожной. Я не желала этого. Хотела оставаться собой и быть в здравом уме.

Маркос поднял на меня мутный взгляд. Его грудь тяжело вздымалась и опускалась. Он смотрел на меня с таким безумным диким желанием, что становилось жутко.

– У меня женские дни, – солгала я полушёпотом. – Поэтому мы не можем… они начались сегодня утром.

Эта ложь позволит мне выиграть немного времени.

Маркос сделал судорожный вздох, а затем поднялся с кровати с грацией огромного хищника. Я отвела глаза, чтобы не видеть свидетельство того, как сильно он меня желает.

– Я хочу тебя, – без обиняков сказал он. – Ждал полгода, подожду ещё немного. Но учти – ты моя. Я не могу смотреть на других женщин. Не могу даже думать о них.

Я на секунду прикрыла глаза. Он в моей власти. Затем открыла их и улыбнулась.

– Ты сразу с дороги приехал ко мне?

Маркос кивнул, отворачиваясь к окну. Я видела, как он пытается взять себя в руки.

– Поедешь к матери и своей дочери? – осторожно уточнила я.

– Поеду чуть позже.

Значит, моя Элена где-то рядом. Я опустила голову, скрывая торжество.

– Ты сладко поёшь, Луиза. Но сделаем так. Я подожду здесь с тобой барона Монтеро. Мне нужно с ним кое-что обсудить. А ты собирай вещи. Сегодня же я сниму для нас с тобой дом. Ты не будешь жить с бывшим или нынешним любовником. С этим мы ещё разберёмся.

Грудь обожгло ужасом.

Что муж сделает с дядей, если настолько сильно одержим мною?

– Как скажешь, – покорно сказала я. – Предлагаю пока выпить чаю.

Я подошла к платью и принялась надевать его под обжигающе-жадным взглядом мужа. Он мешал мне сосредоточиться. Нужно было что-то придумать, как-то предупредить барона о том, что герцог приехал. Я боялась за дядю.

– Я не смогу сама завязать корсет, позволь позову служанку…

– Я сам, – коротко бросил Маркос и подошёл ко мне вплотную.

Я замерла, чувствуя себя оголённым нервом.