— Теперь становится интересно, не так ли, Ева? — сказал Джеффрис.

Я посмотрела ему в лицо, впервые увидев его по-настоящему. Некоторые девушки в классе считали его красивым, но я никогда не разделяла их мнения. Теперь, рассматривая его вблизи, я поняла, что была права. Его борода была аккуратной, зубы ровными, но глаза… глаза были уродливыми. В них ярко светилась его испорченная душа, и я никогда не видела ничего более мерзкого. Это делало его отвратительным.

— Ну же, Ева. Будет скучно, если ты ничего не скажешь, — подначил он и прижал нож к изгибу моей груди. — Может, проверить, смогу ли я заставить тебя издать любой звук?

В этот момент снова раздался приглушенный звонок в дверь.

— Твою мать! — Джеффрис сердито встал и откинул волосы назад. Он долго смотрел на меня сверху вниз. — К черту. Я не буду открывать.

В дверь позвонили снова, и раздался громкий стук.

— Может, они пойдут проверять задний двор, если не смогут достучаться, — указала я и скосила глаза на окна.

Джеффрис нахмурился, но повернулся и направился наверх. Я судорожно вздохнула, снова оказавшись одна в подвале. Черт. Что же мне делать? По моей щеке скатилась слеза.

Я должна была дождаться Беккета. Я должна была позволить ему отвезти меня домой. Я должна была принять его извинения той ночью и не быть такой гордой. Я хотела простить его, но проклятая гордость помешала. Я всегда выбирала трудный путь.

Тихий стук остановил меня от рыданий. Джеффрис уже вернулся?

Я подавила слезы и изо всех сил повернулась на стуле, чтобы увидеть, откуда доносится стук.

Сердце подскочило к горлу. У окна был кто-то — темная тень присела рядом и заглядывала внутрь. К стеклу была прижата жуткая белая маска. Я чуть не закричала, но сдержалась. Темная фигура давила на стекло, пытаясь его открыть. Похоже, придя к выводу, что это не сработает, тень встала.

Нет! Не уходи!

Но темная фигура не ушла. Вместо этого кулак, обтянутый какой-то материей, с глухим звуком ударил по стеклу. Один раз, потом еще один, и стекло провалилось внутрь, тихо звякнув о земляной пол.

Рука просунулась в отверстие и вынула остатки стекла, образовав едва проходимое пространство. А в следующий момент темная фигура пролезла через оконную раму, удерживая вес всего своего тела одной рукой на подоконнике.

Я знала только одного такого сильного человека.

Надежда всколыхнулась в моем сердце, и я не могла отвести взгляд, когда высокий мужчина рухнул на пол. Как только он выпрямился, я поняла, что была права. Я бы узнала Беккета с закрытыми глазами.

Он подошел и опустился на пол рядом со мной, поднимая белую хоккейную маску, которая больше не казалась пугающей.

— Иви, Господи, ты в порядке? Он сделал тебе больно?

Я покачала головой.

— Нет. То есть пока нет.