Сырой, душераздирающий крик вырвался из меня, пока я ждал, не слишком ли поздно.

Каким-то чудом машина остановилась как раз перед тем, как передние колеса коснулись края неровной травы между дорогой и обрывом.

Запах жженой резины окутал салон.

Из меня вырвался дрожащий вздох, адреналин разлился по всему телу. Я толкнул дверь и вывалился наружу. Приступ паники навалился на меня с новой силой, мое время вышло.

Соленый воздух казался разреженным, и я не мог достаточно быстро втянуть его в легкие. У меня кружилась голова. Я, спотыкаясь, вышел из машины. Трава хрустела под моими кроссовками, вдалеке щебетали птицы.

Слабые солнечные лучи ранней осени падали мне на кожу, но все это казалось таким далеким.

Я был заперт в аду. Он жил внутри меня, и каждый раз, когда я вспоминал о прошлом, он грозил поглотить меня целиком.

Впервые после смерти матери я не был одинок. Несколько недель у меня была Ева. Я был счастлив.

Конечно, это не могло продолжаться долго. Только не для кого-то вроде меня.

Она никогда не посмотрит на меня так же.

Я опустился на землю, прижавшись спиной к машине, и сосредоточился на дыхании.

Как странно, что мое сердце продолжало биться, даже когда казалось, что жизнь кончена.

Действительно странно.

25. Ева

Беккет не отвечал на мои звонки. Я звонила ему, наверное, больше семидесяти раз. После того, как Сорен и Колетт ушли, я мерила шагами нашу комнату и звонила, звонила, звонила. Он уехал в такой спешке, что я боялась, как бы он не попал в аварию.

Той ночью я ворочалась в постели, которую делила с ним накануне. Никто о нем ничего не слышал. Меня тошнило от беспокойства. Я смотрела, как тени рисуют темные узоры на потолке, пока сон улетал за много миль отсюда, становясь недосягаемым.

То, что я подслушала между Беккетом и его мачехой, навсегда врезалось в мою память и прожгло меня насквозь. Это было так душераздирающе и ужасно. Последние барьеры, которые я воздвигла перед своим сердцем, чтобы защититься от натиска чувств, нахлынувших на меня за последние несколько недель, исчезли.

Я не ненавидела Беккета. Я даже не могла больше притворяться. Просто я никогда не понимала его. Но даже тогда хотела. Мальчик с горящими глазами, который никогда не выходил у меня из головы.

Лучший друг моего брата.

Моя первая любовь.

Мое первое всё.

Лежа сейчас одна в нашей комнате, я не могла отрицать, как глубоко я в него влюбилась. Он засел у меня под кожей, как заноза. Проник в мою кровь. Я не могла его вытащить. Да и не хотела.

Я должна была найти его. Я должна была найти его, несмотря ни на что. Даже, если мне придется отправиться в сам Ад, чтобы добраться до него.

Я села, отбросив мысль о сне. Я не усну, пока не найду его."

"Быстро одевшись в темноте, я вышла на улицу и вызвала такси.