Выждав несколько секунд, не произойдет ли что-нибудь, подтверждающее, что ее заклинание включило страховку, и, так ничего и не дождавшись, она решилась и крикнула:

– Тикалус плетутс!

Сразу после произнесения заклинания Таня на миг зажмурилась, но тотчас открыла глаза, осознав, что контрабас даже не дрогнул, оставшись в том самом положении, что и был прежде. Если бы он поднялся хотя бы на сантиметр, это уже был бы успех. Но нет – он явно не собирался куда-либо отправляться.

Таня почувствовала, что у нее дрожат руки и даже подбородок. Эта вторая неудача обескуражила ее куда больше первой.

«У многих не получается, но тут уж ничего не поделаешь. Это или есть, или нет!» – вспомнила она слова Баб-Ягуна. А что, если... что, если у нее этого нет? Вдруг она не унаследовала от Гроттеров их дара?

«Может, я вовсе не из магов? Может, я самая обыкновенная, без всяких способностей?» – с ужасом подумала Таня. Теперь она почему-то окончательно уверилась, что контрабас никуда не полетит, а если так, то она навсегда останется в человеческом мире и вскоре будет драить зубной щеткой пол в спортивном зале.

«Интересно, там хоть щетки выдают или надо самой запасаться, пока я еще тут?» – мелькнула у нее паническая мысль. Почувствовав, что у нее взмок лоб, Таня подняла руку, чтобы вытереть его, и – внезапно заметила, что на руке у нее нет магического кольца. Так вот в чем дело! Как же она хотела полететь без магической зеленой вспышки! Разумеется, без кольца заклинание не имело ровным счетом никакой силы.

Кинувшись к шкафу, она отодвинула секретный гвоздь и извлекла из кармана самых старых джинсов, которые Пипа даже и в руки побрезговала бы взять, спрятанную там деревянную коробочку с буквами «LeoGr».

Надев перстень, Таня немедленно согнула палец, опасаясь, что он соскочит, и, готовясь произнести: «Тикалус плетутс», – энергично взмахнула рукой.

Из перстня вылетели зеленые искры. Не одна, как требовалось, а по меньшей мере сотня. Две или три из них обожгли Тане нос, несколько дюжин опалили контрабас, а остальные с громким потрескиванием рассыпались в воздухе.

– Эй! Ты что, совсем спятила – так меня трясти? Что я тебе, погремушка? – вдруг проворчал чей-то скрипучий голос.

А еще спустя мгновение Таня поняла, что он исходит от перстня.

– Ты... и... это... можешь говорить? – не поверила она.

– Да будет тебе известно, я кольцо Феофила Гроттера. Он подарил мне свой голос, свой характер и способность разговаривать пять минут в день. Ровно пять минут и ни секундой больше, – с мелодичностью давно не смазанного замка отозвалось кольцо и, не отвечая больше ни на один вопрос, затянуло скрипучим голосом древнюю песню на непонятном языке.