Чума без интереса взглянула на него, видно, решив, что внутри какое-то обережное зелье.

«Наверно, талисман, который она ищет, выглядит не так. Вот кувшин ей и не нужен», – подумала Таня.

– Слушай же. Я хочу, чтобы ты все узнала, прежде чем я тебя убью! – продолжала сипеть Та-Кого-Нет. – Я следила за твоим отцом... Вся нежить шпионила для меня. Леопольд Гроттер не укрылся от меня и в лесной чаще. И вот однажды мне донесли, что один из его опытов увенчался успехом. Он получил Талисман Четырех Стихий. Сразу же, пока твой отец не догадался, что именно у него в руках, я полетела туда... Дом был уже окружен моими слугами – нежитью. Они толпились, пытались напасть, но он отстреливался искрами, довольно удачно. Эта трусливая падаль не решалась приблизиться и лишь улюлюкала издали... Я сорвала дверь и вошла... В комнате было трое: Леопольд, его жена, твоя мать, и ты, жалкая девчонка в футляре от контрабаса. Леопольд и твоя мать испугались, когда меня увидели, а ты только засмеялась и протянула ко мне ручки... Ко мне, к Чуме-дель-Торт, убийце волшебников! Мне это показалось забавным. Я стала требовать у твоих родителей талисман, грозя убить тебя, но эти глупые храбрецы обожгли меня искрами! Тогда я убила их, вот так!

Чума сомкнула кулак и повернула его. Тотчас Таня ощутила, как у нее останавливается сердце. Перед глазами стали разбегаться красные круги, точно от брошенного в воду камня. Мир стал тускнеть и гаснуть. Но это длилось лишь мгновение. Чума разжала кулак.

– Именно так они и умерли, – сказала она со смешком, похожим на шуршание наждачной бумаги. – Не бойся! Ты умрешь иначе, и еще не время...

– Что было потом? – выговорила Таня.

Пот градом бежал по ее лицу. Куда там сражаться с Чумой: она не ощущала в себе сил даже для того, чтобы просто подняться на ноги.

– Я выпустила на тебя скорпиона. Мне нравилось смотреть, как он жалит магов и они умирают у меня на глазах в страшных муках. Скорпион прополз по твоей одежде, потом по лицу и укусил тебя в нос. Я ожидала увидеть твою агонию, но ты только ойкнула и раздавила моего скорпиона! Я подумала, что тот изжил свой яд, хотя это было невозможно... Тогда я решила убить тебя сама и заняться поисками талисмана. Я дохнула на тебя смертью и... – Чума передернулась, – мое дыхание почему-то вернулось ко мне, да еще превратившись в пламя... Меня обуглило, оторвало мне руки, и я упала на том же месте, где стояла. Я все видела, все слышала, но не могла даже сдвинуться... Я была жива и мертва одновременно, хуже, чем мертва... Из меня вытекли все мои силы, как из треснутого яйца вытекает желток... Немного погодя пришла нежить. Они решили, что я погибла, унесли меня в какие-то свои дальние ходы и положили в каменный гроб.

Чума-дель-Торт устремила на Таню свои красные, без зрачков глаза.