Вот когда пригодились уроки Медузии и изнурительная зубрежка! Недаром Медузия говорила, что настоящий волшебник должен не просто знать заклинание, а отработать его до автоматизма.

Выронив трубку, болотный хмырь рухнул во весь рост, а потом вскочил и быстро метнулся куда-то в переплетение темных коридоров.

– Скорее! Он нас выведет! А ну стой! – крикнул Баб-Ягун и кинулся за Агухом.

Перепуганный хмырь, подпрыгивая на бегу и прищелкивая кривыми ножками, ловко петлял по лабиринту, выбирая порой самые невероятные лазейки. Так, добежав до магической преграды, он не помчался на нее, что грозило мгновенной смертью, а резко метнулся прямо на стену и, пройдя сквозь нее, исчез. Это было тем поразительнее, что болотные хмыри не обладали способностью проходить сквозь твердые предметы. Разогнавшийся Баб-Ягун, понимая, что не успевает остановиться, вытянул вперед руки, желая хоть как-то смягчить удар, но никакого удара не было. Миг – и он оказался с той стороны стены в коротком коридоре, который заканчивался большим залом, откуда доносился чей-то хохот и шлепанье карт.

Агух куда-то исчез, да только Баб-Ягуну он был больше не нужен. Баб-Ягун осторожно повернулся и увидел там, где он только что прошел, полукруглую небольшую арку, затянутую словно золотистой завесой. Сразу за аркой стояли Ванька Валялкин и Таня и, определенно не видя его, озирались."

"Баб-Ягун улыбнулся. Он уже сообразил, что золотистая арка – скрытый проход, который они никогда не обнаружили бы, если бы не улепетывающий хмырь, изучивший здесь все лазы. Не отказав себе в удовольствии, Баб-Ягун просунул сквозь арку руку и внезапно схватил Ваньку за шиворот. Тот сдавленно захрипел от ужаса, когда чья-то рука, пройдя сквозь сплошную стену, вцепилась ему в воротник, и перестал вырываться только тогда, когда из стены высунулась еще и голова его приятеля.

– Тихо! – зашептал Баб-Ягун. – Пробирайтесь ко мне!

– Сквозь стену? Я тебе не привидение! – возмутилась Таня, подозрительно разглядывая торчащую из камня толстощекую голову своего приятеля и его курносый нос с дырочками ноздрей.

– А я что, привидение? Это магия такая! – рассердился Баб-Ягун.

Вначале Таня, а за ней и Ванька прошли сквозь стену и, прокравшись по коридору, осторожно высунули головы. Они стояли у входа в большой зал с закопченным сводчатым потолком. Всю дальнюю стену занимали огромные медные ворота с ручками в форме львиных голов, держащих в зубах кольца.

Недалеко от ворот перед горящим костром сидели богатыри-вышибалы Усыня, Горыня и Дубыня и играли в самотасующиеся карты. Усыня как раз проиграл, и карты, подскакивая, били его по носу под хохот довольных братьев. На костре тем временем коптился целый бык, нанизанный на вертел.