И так как большинство зрителей уже вернулись на свои места, она благополучно падает на грязный затоптанный пол. Хорошо, если при этом обходится без членовредительства.

Уже предвидя самый худший вариант, с силой сжав зубы, отчего желваки заходили на скулах, Илья обернулся.

Ан нет!

МарьИванна продолжала возвышаться над доблестными согражданами-посетителями бара. Она честно попыталась слезть, но хвалить её за это не хотелось.

Хотелось другого.

Воспитательного…

Илья обогнул столик, встал с той стороны, где до Марфы можно было с лёгкостью дотянуться. Та застыла каменным изваянием. Он уж не знал, дошло ли до неё то, что она только что натворила, или просто замерла в растерянности, не зная, как спуститься.

— Снимите меня, пожалуйста… Илья Николаевич.

Если бы он не умел читать по губам, не разобрал бы, что она сказала.

— Да неужели?.. — процедил Турисов и, не церемонясь, подхватил её под колени.

Она ойкнула и вцепилась ему в волосы.

Зашибись… Просто замечательно.

Зрители, не удовлетворившие до конца свои эстетические потребности, продолжали за ними наблюдать. Послышалось одобрительное улюлюканье.

Он поставил её на пол. И почти не удивился, когда Марфа покачнулась и ударилась о его грудь. Илья прикрыл глаза. Что он там ранее думал про женщин-катастроф? Перед ним стояла одна из них.

Вот кого точно нельзя отпускать одну никуда. Посадить под замок и…

И что с ней делать?

С такой… ладной, как бы выразились в старину.

Иногда его мозг выдавал фразы, совершенно несвойственные Турисову в обычной жизни.

А ещё почему-то в паху потяжелело.

— Марфа… Хотя нет, не так. МарьИванна, ну-ка, посмотри на меня.

Она, точно послушная девочка, вскинула голову вверх.

А там глазищи на пол-лица. Виноваты-ы-е-е…

— Сейчас мы идём к выходу. Понятно?

Очень быстрый кивок с её стороны наводил на определённые мысли. И почему-то в негативном контексте…

— Куртку свою бери.

На этом лимит его джентльменских порывов закончился.

Уже в предбаннике он затормозил, поморщившись. По-хорошему, Марфу нельзя оставлять одну ни на минуту. Это уже он понял. Дурь явно не выветрилась из её головы. Возможно, только разогналась дальше. Сейчас она перестанет чувствовать за собой вину, и её понесёт…

Но ему надо проверить, не потерял ли он чего. Да и она тоже…

— Стой здесь и жди меня.

Уже идя по залу, Илья отметил наличие нескольких камер. Значит, всё записывалось. Хм… А это нехорошо. Компромат ему не нужен.

Размахивание кулаками ни одного прокурора не красит. И пусть тут он выступал в роли защитника, современная техника давно творит чудеса.

— Адрес бара, — потребовал он у бармена.

Тот сначала не желал говорить, пришлось снова сверкнуть корочкой. Бармен стал сговорчивее.