– Кто она? Маленькая медсестричка с курорта?

– Нет-нет, она скорее пациентка. Ее зовут Магдалена. Мы провели вместе вчерашнюю ночь. Она должна мне написать.

– Провели вчера ночь, говоришь? Кристер поглядел на нее блаженными мечтательными глазами.

– Позор тому, кто плохо об этом подумает! Все было так чисто и непорочно, мама! Духовная симпатия. Она так невероятно красива и несчастна. Я спас ее.

Тулу так и подмывало сказать «телячьи нежности», однако хватило такта сдержаться.

– Спас ее? Каким же образом?

Он встрепенулся. Вспомнил ночь в своей уединенной комнатке. Все ночные заклинания и то, как он постыдно уснул посреди долгих и запутанных самодельных священнодействий, призванных изгнать злых духов, свирепствовавших в магдалениных снах.

– Нет, я не могу тебе это объяснить. Скажу лишь, что теперь она избавлена от опасности.

– Отлично, – сказала Тула. – И сколько же лет этому чуду?

– Тринадцать.

– Слава Богу! – пробормотала Тула. Ей уже привиделась коварная опытная соблазнительница, поймавшая в свои сети ее невинного сыночка. – Теперь мне лучше понятен твой романтический пафос. Она мила?

– Как…

Он хотел сказать «как цветок шиповника», но это сравнение явно не подходило бледной и хрупкой Магдалене. – Как маленький ландыш под темными елями.

– Звучит весьма чувствительно. Подай мне чугунок, мы поставим его сюда!

– Мама! – Кристер был уязвлен. – Как ты можешь говорить о чем-то подобном применительно к Магдалене?

Тула бессердечно рассмеялась.

Итак, Люди Льда покидали Смоланд. Их путь лежал на север. Все ближе и ближе подходили они друг к другу.

И все ближе к великой расплате по счетам прошлого: к Тенгелю Злому.

Кого было особенно трудно уломать, так это Гуниллу. Она постоянно ходила удрученная, подавленная. Чтобы облегчить ей прощание со старым домом, остальные предложили ей взять с собой всех животных. Она просияла, и хотя путешествие становилось вдвое дольше, забрала с собой и коров, и овец, и поросенка, и кур, и собаку, и кошку. Впрочем, от согна Бергунда до Боренсберга, или по-старому Хусбюфьелля, было не так уж далеко. Переезд занял всего неделю, и скотине не пришлось долго месить грязь по бездорожью.

Все пятеро прекрасно обустроились в Эстерготланде. Томас, подлечившийся на курорте Рамлеса, открыл свою мастерскую в подходящем месте в маленьком городке Мотала. Помещение помог подыскать граф Поссе. К мастерской примыкал домик, в котором могли жить Тула и Кристер. Так что фактически они вновь стали горожанами.

Эрланд и Гунилла получили маленькую усадьбу в Боренсберге. До этого Эрланд ушел в отставку с военной службы, хотя иногда форсил в нарядной униформе по торжественным случаям.