– Да, девочка, ты права, кто только сюда не приходил, – с мечтательной грустью вымолвил Шаталов. – Какие вечера устраивали, беседы вели. А сколько крымского вина было выпито. Не какая-нибудь дешевка, а благородные сорта! Раньше было весело и душевно, Иван Сергеевич. Художники, музыканты, врачи, интересная и разнообразная публика. Партийное руководство захаживало, не без этого. С Иван Иванычем Зотовым дружили, тогдашним первым секретарем райкома. А жены наши и вовсе неразлейвода были. Доктор Светин захаживал. Может, знаете такого? Талантливый хирург, умница.

Он тогда еще не был таким толстеньким и лысеньким, смешил всех. Эх, не осталось почти никого. Впрочем, заводим новые знакомства – и с начальником милиции Окладниковым Юрием Константиновичем, и со вторым секретарем райкома Вячеславом Федоровичем Грановским, хотя он и отличается довольно странным, слишком уж вспыльчивым характером. С заместителем коменданта Шинкаревым недавно рюмочку наливки пропустили. Из старых еще запасов.

– С первым секретарем знакомы?

– Я бы рад, – ответил Шаталов. – Да Михаил Егорович постоянно занят, по паркам и клубам не ходит, и вообще, говорят, человек замкнутый, не любит публичности.

А когда подчиненных разносит, может таких слов наговорить! – Шаталов как-то странно уставился на племянницу.

«А теперь ты и с контрразведкой подружился, – проплыла в голове Осокина забавная мысль. – Возможно, что надолго».

Взгляды капитана и девушки встретились. Их мысли, скорее всего, были одинаковыми.

– Все, – сказал Иван. – Посидели, и будет. Большое спасибо за гостеприимство, разлюбезные Георгий Иванович и Антонина.

Даст бог, еще свидимся.

– Всего вам доброго. – Шаталов учтиво склонил голову. – Тонечка, душа моя, проводи нашего гостя.

Тут в дверь кто-то постучал. Шаталов с Антониной переглянулись. Георгий Иванович поднялся и, прихрамывая, удалился в прихожую.

– Ждете кого-то? – осведомился Осокин.

– Не знаю, Иван. – Девушка мягко улыбнулась. – Возможно, дядя кого-то и ждал. – Она повернула голову, прислушалась. – Все в порядке, это Навроцкий Борис Аркадьевич.

В комнату вошел мужчина, тоже в годах, но моложе Шаталова на несколько лет, выше ростом, с бледным удлиненным лицом.

Он сильно сутулился.

Гость замялся, заметив постороннего человека.

Шаталов слегка подтолкнул его в спину и сказал:

– Проходите, Борис Аркадьевич, не стесняйтесь. Познакомьтесь, это Иван Сергеевич, он сегодня оказал нашей Тонечке неоценимую услугу, поговорил по душам с группой асоциальных элементов, намеревавшихся ее ограбить.

– Страсти-то какие! – пробормотал директор клуба, протянул Осокину руку и представился: – Навроцкий.