Он совершенно точно знал, что именно нужно делать.

Телефон неторопливо прогудел.

– Федька, – сказала Василиса из-за его плеча, – можно я не буду угощать тебя чаем? Ну правда, мне не до чая!..

Он обернулся и мельком взглянул на нее.

– Па-ап, – сказал он, как только ответили. – Здорово. Вы как там?

– Мы отлично, – ответил отец. – А вы?

– Па-ап, а что такое стеноз и… эта… недостаточность митрального клапана?

В трубке хмыкнули:

– Болезнь сердца. Как правило, еще сочетается с ишемией и нарушением ритма. Тебе зачем?

– Человеку такой диагноз поставили, здесь, в Нижнем.

– Замена клапана нужна плюс шунтирование. Ну, если диагноз верный. Это сейчас все лечится, причем окончательно и бесповоротно. Даже воспоминаний никаких не остается!

– А ты сможешь посмотреть?

– Конечно.

– Когда?

Отец подумал секунду.

– Завтра после конференции смогу. В девять. Нет, давай минут в двадцать десятого!.. Этот твой человек успеет добраться?

– Успеет, – сказал Федя. – Я ее привезу. Это бабушка одной моей … подруги.

– Очень хорошо, – согласился отец, не дрогнув. – То есть ты сегодня вечером приедешь, да? С бабушкой своей подруги?

– Видимо, да.

– Тогда прямо в центр, я сейчас позвоню в приемный покой. Будь осторожен за рулем.

– Ладно, пап. Чего тут ехать, всего четыреста километров.

– Пусть она будет готова, что мы ее сразу положим и прооперируем. Пусть соберется.

Федя нажал «отбой» и набрал еще один номер.

– Максим Викторович, это я. Слушайте, мне нужна ваша тачка! Я еду в Москву. Сегодня. Завтра вернусь вместе с тачкой! Вопрос жизни и… – он отвернулся от Василисы, которая взяла его за локоть, – и тоже жизни. Я вам потом расскажу. Часа через полтора. Хорошо. Покедос!..

Он сунул трубку в карман и сказал Василисе очень серьезно:

– Я считаю, нужно ехать. Папаша сказал, чтоб мы приезжали прямо сейчас, а когда папаша говорит, значит, нужно сделать, как он говорит.

– А он… кто?!

– Кардиолог, хирург. Доктор медицинских наук и профессор. Он у Лео Антоновича работает, у Бокерии. Сказал, что, видимо, сразу твою бабушку положит. Ну, чтоб мы были готовы и собрались. Надо собираться, Вась.

Он сделал движение, чтобы выйти из кухни.

– Подожди! – крикнула Василиса и вцепилась в его толстовку. – Как положит?! Куда положит?!

– К себе, в Бакулевский центр.

– Федька, что ты говоришь?! У нас… мы квоту ждем, мы не можем!

– Можем, – отрезал Федя Величковский. – Папаша сейчас как раз звонит в приемный покой. Он сказал, что все это лечится… окончательно и бесповоротно. И воспоминаний никаких не остается.

– Федька, куда поедем, как?!

– На машине мы поедем, – объяснил Федя обстоятельно, – на джипе моего шефа Максима Викторовича. Он ждет в театре, чтобы отдать мне документы.