Просто потому, что давно уже хочется хоть с кем-то поделиться. Но в то же время страшно.

Если она им расскажет?

- Я… случайно… просто…

- Ник, ты не на допросе. Не хочешь, не говори. И вообще – это не моё дело. Моё дело сейчас просто тебя охранять. Чтобы ты никуда не делась, и сюда никто посторонний не проник. Еще плаваем.

- Да… хорошо.

Опускаемся в прохладную бодрящую воду. Снова болтаем о каких-то пустяках, но у меня внутри все зудит от желания поделиться с ней своей болью.

Снова возвращаемся на шезлонги. Алёна решает заказать суши, набирает в приложении заказ, спрашивая, что я люблю.

Честно сказать, я и не знаю. Меня не так часто водили по ресторанам. Папа иногда брал с собой, но только в пафосные, дорогие места, или за границей.

Алёна предлагает заказать на свой вкус, объясняя, что есть что. Потом еще делает заказ в магазине.

- А то мы тут с голоду окочуримся, пока эти твои крылатые мальчики соизволят спуститься с небес.

Заказ отправлен, Алёна снова берет флакон с маслом, натирает руки, ноги, плечи. Я наблюдаю за её грациозными движениями. Ей бы в модели, а не в телохранители!

- А как ты стала этим заниматься?

- Чем? – удивленно смотрит она.

- Ну… вот… этим, ты сейчас меня охраняешь, это твоя работа?

- Вообще я «решала». Ну… работаю с «решалой» и тоже занимаюсь всякими проблемами.

- Интересно. Почему ты выбрала такую профессию?

- А что? Мне не подходит? – она улыбается, - знаю, многие так считают. А мне нравится. Когда-то мой начальник, Лавр, мне помог, вытащил из передряги. Мне тогда казалось, что моя жизни разрушена. Ну… Как тебе сказать… В общем, меня серьезно подставили. Вывернули дело так, что я чуть ли не шлюхой оказалась.

Если ты помнишь, была такая нашумевшая история про девушку восточную, которую со свадьбы выгнали, типа она эскортницей была? Вот. Со мной так же поступили. Жених прямо со свадьбы выгнал. Родители от меня отвернулись. Такое время было – хоть в петлю…"

"Она говорит, а у меня по телу мурашки… Знакомая история. Слава Богу у меня до свадьбы не дошло…

- Я и собиралась, реально, думала – все, конец. Пошла в бар, решила – напьюсь и… А там Никита. Увидел меня, хотел подкатить, хотя он уверяет, что сразу понял - у меня проблемы.

Я ему все рассказала.

- А он? – мне так больно слышать ее историю! Я ведь понимаю – каково это!

- Он… он спросил, нужна ли мне помощь, хочу ли я узнать, кто меня подставил, даже если это окажутся самые близкие.

- А ты?

- Я даже не понимала, что так

можно. Мне казалось, что всё, уже никогда у меня не будет ничего хорошего, никто не вернет мне репутацию, имя. Никита разобрался с этим делом за пару дней.

- И… кто же тебя так?

- Родная сестра. Ей очень нравился мой жених.